Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.


Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

 

"Emergency medicine" 3(4) 2006

Back to issue

Острый коронарный синдром

Authors: Е.И. КИНОШЕНКО , Харьковская медицинская академия последипломного образования

Categories: Medicine of emergency, Cardiology

Sections: Specialist manual

print version


Summary

В понятие острого коронарного синдрома входят нестабильная стенокардия и инфаркт миокарда, что отражает единство патогенетических механизмов и близость терапевтических подходов.

Нестабильная стенокардия

Нестабильная стенокардия (НС) — собирательное понятие, которое объединяет ряд клинических синдромов ИБС, занимающих промежуточное положение между стабильной стенокардией и острым инфарктом миокарда (ОИМ). Ретроспективный анализ симптомов, предшествующих инфаркту миокарда, свидетельствует о том, что в 70-80% случаев накануне его развития имела место клиника нестабильной стенокардии. Разделение стенокардии на стабильную и нестабильную имеет большое практическое значение, так как нестабильное течение стенокардии свидетельствует о большой вероятности развития острого крупноочагового инфаркта миокарда и о необходимости проведения неотложных лечебных меро­приятий. Как следует из определения, важнейшим звеном патогенеза НС является нестабильность коронарного кровотока, связанная с нестабильностью просвета коронарной артерии. Исходя из этого, возможными причинами, которые объясняют развитие НС, являются разрыв атеросклеротической бляшки, тромбоз и вазоконстрикция.

Разрыв атеросклеротической бляшки. Факторы, которые приводят к разрыву атеросклеротической бляшки, относятся как к самой бляшке, так и к физическим свойствам местного кровотока. Состав бляшки является одной из основных детерминант разрыва. Фиброзная бляшка, которая состоит из коллагена и протеогликанов, является твердой и относительно стабильной. Бляшка, богатая липидами, наоборот, более уязвима и способна к разрыву. Следовательно, вероятность разрыва обратно пропорциональна содержанию коллагена и толщине фиброзного покрытия, которое отделяет липиды атеросклеротической бляшки от крови. На вероятность разрыва влияет и степень стеноза. Важным является и тот факт, что наличие гемодинамически незначимого стеноза не предполагает развитие коллатералей, следовательно, даже незначительное нарушение кровотока приведет к НС. Напротив, стенозы высокой степени, как правило, обусловлены фиброзными бляшками, и даже в случае их разрыва и коронаротромбоза НС может не возникнуть вследствие развитых коллатералей.

Особенности местного кровотока также имеют непосредственное отношение к разрыву атеросклеротической бляшки. Увеличение пристеночного напряжения в зоне стеноза может привести к разрыву, особенно если атеросклеротическая бляшка мягкая, богатая липидами. Воспаление также является одним из механизмов дестабилизации атеросклеротической бляшки, так как макрофаги, выделяя ферменты, лизируют внеклеточный матрикс, что приводит к утончению фибринового слоя и разрыву.

Необходимо подчеркнуть, что более половины разрывов возникают у ранее «асимптомных» лиц при степени стенозирования просвета коронарной артерии менее 50%. Фиброзная «шапка» атеросклеротической бляшки надрывается преимущественно в месте прикрепления, создавая трещину в ней с частым расслаиванием кровью полости липидного ядра. Кровь формирует тромб, который может заполнить просвет коронарной артерии, приводить к ее обструкции и возникновению острого коронарного синдрома.

Тромбоз. У всех больных НС отмечается увеличение активности свертывающей системы крови как на системном, так и на местном уровнях. Липидное ядро атеросклеротической бляшки является наиболее тромбогенным компонентом сосудистой стенки. Вследствие этого разрыв бляшки практически всегда приводит к тромбообразованию, в основе которого лежат адгезия, активация и агрегация тромбоцитов. В более проксимальных от стеноза участках наблюдается образование белого (тромбоцитарного) тромба, а дистальнее — красного (эритроцитарного) тромба. Возникновению артериального тромба способствует повышение уровня адреналина, холестерина, фактора VII и фибриногена. Учитывая, что тромбоз и тромболизис являются динамическими и одновременными процессами, факторы, которые ингибируют тромболизис (липопротеин Lp(a), ингибитор активации плазминогена), способствуют и тромбозу.

Вазоконстрикция при разрыве атеросклеротической бляшки может быть как тромбоцит-, так и эндотелийзависимой. Тяжесть вазоконстрикции коррелирует с количеством тромбоцитов и связана с выделением тромбоксана А2. Способствуют вазоконстрикции тромбин и эндотелин-1.

Клиника НС. Клинические последствия разрыва атеросклеротической бляшки и тромбоцитарное тромбообразование могут варьировать от спонтанной стабилизации до развития НС, ИМ. Минимальный разрыв атеросклеротической бляшки, как правило, сопровождается образованием относительно небольшого пристеночного тромбоцитарного тромба. Такие тромбы не вызывают клинических проявлений ишемии, однако способствуют увеличению размеров атеросклеротической бляшки. Прогрессирующее или более выраженное повреждение лавинообразно активирует тромбоциты, что приводит к образованию более обструктивного тромба. Эти тромбы могут быть либо пристеночными, либо окклюзирующими.

Согласно МКБ-Х, к НС относят: 1) впервые возникшую стенокардию напряжения; 2) прогрессирующую стенокардию; 3) раннюю постинфарктную стенокардию.


Впервые возникшая стенокардия напряжения диагностируется в случаях, когда первые симптомы заболевания фиксируются в течение месяца. В дальнейшем возможны следующие варианты: переход в стабильную стенокардию напряжения, ее регрессия, трансформация в прогрессирующую стенокардию напряжения или инфаркт миокарда. Регрессия стенокардии наблюдается преимущественно в тех случаях, когда изменения коронарных артерий мало выражены или отсутствуют, а в патогенезе приступов решающую роль играет ангиоспазм. Особого внимания требуют те больные, у которых на ЭКГ отмечаются признаки субэндокардиальной ишемии миокарда, инверсия зубца Т или увеличение его амплитуды.

Прогрессирующая стенокардия. О дестабилизации стенокардии свидетельствуют следующие основные признаки:

1) увеличение частоты, продолжительности и интенсивности стенокардии напряжения и покоя без видимых предшествующих физических или психических перегрузок или повышения АД. При НС наступает качественная трансформация болевого синдрома: приступы стенокардии начинают быстро прогрессировать, продолжительность их увеличивается, болевой синдром может изменять локализацию и иррадиацию, прогрессивно снижается толерантность к физическим нагрузкам и больные теряют трудоспособность;

2) присоединение стенокардии покоя к приступам стенокардии напряжения;

3) возникновение ночных приступов, сопровождающихся слабостью, холодным потом, удушьем. У больных могут появляться нарушения ритма (в виде пароксизмальных тахикардий, желудочковой и предсердной экстрасистолии, фибрилляции предсердий) и проводимости (атриовентрикулярные блокады, блокады ветвей левой ножки пучка Гиса), а также перепады АД;

4) снижение эффективности нитроглицерина и пролонгированных нитратов. Частота приема нитроглицерина стремительно нарастает и может составлять до 20-40 таблеток в день;

5) появление изменений на ЭКГ во время или после приступа, которые не отмечались ранее. Изменения ЭКГ при НС, как и при стабильной стенокардии, часто неспецифичны. Отсутствие изменений на ЭКГ не исключает диагноза НС. Регистрация ишемических изменений на ЭКГ во время ангинозного приступа в сочетании с субъективной симптоматикой свидетельствует о прогрессирующем ухудшении коронарного кровообращения. При НС изменения на ЭКГ могут совпадать с болевыми приступами или следовать за ними. К наиболее достоверным ишемическим изменениям относятся: депрессия сегмента ST, горизонтального или косонисходящего типа (1-2 мм), или элевация сегмента ST, причем подъем сегмента ST более характерен для динамического стеноза, а его депрессия — для преобладания фиксированного стеноза. Изменения сегмента ST часто сочетаются с появлением изменений зубца Т. К основным характерным изменениям зубца Т, указывающим на преходящую ишемию миокарда при НС, относятся следующие:

— появление коронарного зубца Т с амплитудой не менее 2 мм в отведениях I, II, aVL, V4-V6, или II, III, aVF, или V2-V6;

— появление двуфазного зубца Т (±Т) с отрицательной фазой более 1 мм, чаще в отведениях V2-V4;

— появление равностороннего, высокого, заостренного зубца Т в отведениях V2-V6.

Эти изменения могут сохраняться от нескольких минут до нескольких суток и заканчиваться либо восстановлением исходной ЭКГ, либо проявлением ИМ. Необходимо подчеркнуть, что врач не должен ориентироваться только на ЭКГ при оценке тяжести НС, так как строгого параллелизма между тяжестью течения НС, прогнозом и данными ЭКГ не существует.

Нестабильная стенокардия может завершаться исчезновением симптомов или перейти в стабильную стенокардию (часто с повышением ее функционального класса), а также окончиться инфарктом миокарда или внезапной смертью, которая наступает вследствие электрической нестабильности миокарда. Примерно в 80% случаев развитию ИМ и внезапной коронарной смерти предшествует НС, а летальность у больных НС примерно в 3 раза превышает таковую при стабильном течении стенокардии.

Ранняя постинфарктная стенокардия проявляется наличием ангинозных приступов, преходящих ишемических изменений на ЭКГ с 3-х суток инфаркта миокарда, причем это осложнение встречается чаще при мелкоочаговом инфаркте миокарда, чем при Q-позитивном ИМ, и свидетельствует об угрозе рецидива или распространения инфаркта миокарда вследствие нестабильности коронарного кровообращения при распространенном коронарном атеро­склерозе.

Лечение НС. Целями лечения больных НС являются:

1) быстрое устранение болевого синдрома;

2) предотвращение внезапной коронарной смерти и опасных для жизни аритмий;

3) восстановление коронарного кровотока в месте окклюзии и предотвращение инфаркта миокарда;

4) обеспечение удовлетворительного качества жизни после рестабилизации.

Общие подходы к лечению. Больным с НС требуется немедленная госпитализация в инфарктное отделение. В настоящее время складывается такая ситуация, когда данная категория больных зачастую лечится либо в неспециализированных отделениях, либо вообще амбулаторно. Необходимо помнить, что даже при возможной гипердиагностике для больного намного безопаснее и полезнее оказаться в стационаре, чем попасть в ту группу больных, для которой НС заканчивается развитием инфаркта миокарда или внезапной смертью.

В зависимости от тяжести болевого синдрома для его устранения применяются:

— при относительно слабой боли, особенно у пожилых людей, внутривенное введение 1-2 мл анальгина или 30 мг кеторолака трометамина с 5 мг дроперидола или 5-10 мг диазепама;

— введение агонистов-антагонистов опиатных рецепторов трамадола в дозе 50-100 мг или стадола в дозе 1-2 мг с 5 мг дроперидола или 5-10 мг диазепама внутривенно медленно;

— использование дробного, в 2-3 приема, введения наркотических аналгетиков, преимущественно морфина, в дозе 4-8 мг с последующим повторным введением по 2 мг через 5-минутные интервалы.

Медикаментозная терапия НС проводится с применением следующих групп препаратов:

1) антитромботические средства;

2) b-адреноблокаторы;

3) нитраты;

4) антагонисты кальция.

1. Антитромботические средства.Так как в патогенезе НС одним из ведущих механизмов является тромбообразование, применение антитромбоцитарных препаратов и антикоагулянтов является патогенетически обоснованным и настоятельно необходимым.

Антитромбоцитарные препараты. Наиболее применяемым препаратом в настоящее время является ацетилсалициловая кислота (аспирин). Его антитромбоцитарное действие связано с подавлением синтеза ТХА2, мощного проагреганта, вазоконстриктора и триггера аритмий. ТХА2 индуцирует вторую волну агрегации тромбоцитов, при возникновении которой процесс дезагрегации принципиально невозможен. Необходимо отметить, что аспирин в дозах, оказывающих противовоспалительное действие, ингибирует как тромбоксансинтетазу тромбоцитов, так и сосудистую циклооксигеназу. В результате баланс простаноидов может сместиться в сторону преобладания тромбоксана. Низкие дозы препарата (75-100 мг в сутки) так же эффективно блокируют синтез тромбоксана, как и высокие, не оказывая при этом существенного влияния на образование простациклина. В результате преобладает антиагрегантное и вазодилатирующее действие простациклина. Рекомендуется начинать лечение НС с суточной дозы 150-160 мг, а в дальнейшем наиболее оптимальным является прием 75-100 мг в сутки. Применение аспирина нежелательно у больных с повышенной чувствительностью к препарату, активным кровотечением, обострением язвенной болезни желудка и 12-перстной кишки. В этих случаях назначается кардиомагнил (аспирин в сочетании с антацидом). Препарат применяется пожизненно.

Принципиально новым является включение в ряд обязательных средств антитромботической терапии ингибитора АДФ-индуцированной агрегации тромбоцитов клопидогреля (плавикса). Препарат уменьшает процессы активации тромбоцитов путем подавления АДФ-зависимой активации гликопротеиновых рецепторов IIb/IIIa, а также высвобождения серотонина из тромбоцитов. Неоспоримым достоинством клопидогреля является немедленное начало его действия. Клопидогрель назначается в нагрузочной дозе 300 мг, дальнейшая суточная доза препарата составляет 75 мг. Достаточно логичным представляется одновременное назначение клопидогреля и аспирина: первый препарат ингибирует первую волну агрегации, индуцируемую АДФ, аспирин — вторую волну, которая индуцируется тромбоксаном А2. Пожизненное применение клопидогреля, который превосходит по своей антитромбоцитарной эффективности аспирин, иногда лимитируется лишь достаточно высокой стоимостью препарата.

В качестве антитромбоцитарного препарата возможно применение тиклопидина. Данный препарат также является ингибитором АДФ-рецепторов тромбоцитов. Он уступает в мощности клопидогрелю и имеет отсроченный эффект — его действие проявляется через 24-48 часов. Поэтому назначение его в качестве препарата ургентной помощи у больных НС, когда необходимо срочно ограничивать процесс тромбообразования, нецелесообразно. Однако его назначение является необходимым, когда дестабилизация стенокардии произошла на фоне приема аспирина, следовательно, антитромбоцитарная терапия была недостаточной. Тиклопидин применяется по 250 мг дважды в сутки. Но все же предпочтение отдается клопидогрелю.

Другие антитромбоцитарные препараты (блокаторы гликопротеиновых рецепторов IIb/IIIa, ингибиторы ТХ-синтетазы, блокаторы рецепторов ТХА2) до настоящего времени при НС широко не применяются.

Антикоагулянты. Необходимость применения антикоагулянтов, в частности гепарина, связана с тем, что в процессе тромбообразования одним из ключевых моментов является накопление критической массы тромбина, с участием которого фибриноген превращается в фибрин. Основным естественным ингибитором тромбина является антитромбин ІІІ. Нейтрализация тромбина антитромбином ІІІ осуществляется достаточно медленно и ускоряется под воздействием эндо- и экзогенного гепарина. Кроме влияния на гемокоагуляцию, гепарин оказывает противовоспалительное, антипролиферативное и аналгезирующее действие.

Гепарин назначается внутривенно струйно в дозе 60-70 ЕД/кг (максимально 5000 ЕД). В дальнейшем его введение осуществляется капельно в дозе 12-15 ЕД/кг (1000 ЕД/ч) в течение суток под контролем частично активированного тромбопластинового времени каждые 1,5-2 часа. Введение гепарина рекомендуется в течение 3-5 суток. Основными побочными эффектами гепарина являются кровотечения, геморрагии в местах инъекций, аллергические реакции, тромбоцитопения. В случае возникновения кровотечения вводится протамина сульфат из расчета 1 мг на 100 ЕД гепарина, введенного за предшествующие 4 часа, но при этом отмена гепарина и применение протамина сульфата увеличивают риск тромбоза.

Применение гепарина имеет весьма существенные недостатки. Прежде всего это касается его эффективности у больных НС. Если в отношении высокой эффективности гепарина в устранении ишемии миокарда сомнений нет, то возможность гепарина снижать риск развития ИМ и внезапной смерти сомнительна. Комбинация аспирина и гепарина оказывается более эффективной и снижает частоту развития этих событий. Кроме того, гепарин также уменьшает частоту и продолжительность ишемических эпизодов. Применение гепарина предполагает поддержку антикоагулянтного эффекта, что может быть гарантировано только при постоянной внутривенной инфузии препарата. Альтернативное подкожное введение препарата дает слабую гарантию предсказуемости и поддержки необходимого уровня антикоагуляции. Кроме того, существует возможность реактивации процесса тромбообразования при резком прекращении введения гепарина вследствие увеличения образования тромбина, в связи с чем рекомендуется постепенная его отмена с уменьшением дозы.

В отличие от нефракционированного гепарина низкомолекулярные гепарины (надропарин, эноксипарин, дальтепарин) обладают большей продолжительностью антитромботической активности, большей биодоступностью (100% после подкожного введения по сравнению с 20-30% у высокомолекулярного гепарина). Кроме того, клиренс низкомолекулярных гепаринов более медленный и равномерный, и они в меньшей степени связываются с плазменными белками, в том числе с фактором IV, фибронектином и фактором Виллебранда. Эти свойства низкомолекулярных гепаринов обусловливают их более предсказуемое действие и позволяют вводить их в виде подкожных инъекций 1-2 раза в сутки. Низкомолекулярные гепарины обладают мощным ингибирующим эффектом в отношении фактора Хагемана и тромбина, снижают уровень фибриногена, АДФ- и тромбининдуцированную агрегацию тромбоцитов, вызывают высвобождение тканевого активатора плазминогена. При применении данной группы препаратов отсутствует необходимость в проведении контроля (определение АЧТВ).

Надропарин (фраксипарин) назначается в дозе 0,1 мл на 10 кг массы 2 раза в сутки в течение 6 дней, эноксапарин (клексан) — в дозе 1 мг/кг веса 2 раза в сутки, причем первая доза препарата (30 мг) может быть введена болюсом. Дальтепарин (фрагмин) назначается в дозе 120 ЕД/кг веса подкожно каждые 12 часов.

Клиническое применение прямых ингибиторов тромбина (гирудин, гирулог) имеет недостаточное обоснование и не может быть рекомендовано для рутинного применения.

2. b-адреноблокаторы. При отсутствии противопоказаний b-адреноблокаторы являются препаратами выбора у больных НС. Их использование нежелательно при: PQ > 0,24 c, AV-блокадах II-III степени, ЧСС < 60/мин, АД < 90 мм рт.ст., шоке, сердечной недостаточности, тяжелом обструктивном поражении легких. При НС b-адреноблокаторы, влияя на b1-адренорецепторы, уменьшают потребность миокарда в кислороде за счет отрицательного хроно- и инотропного действия. Необходимо отметить, что при НС уместно использовать b-адреноблокаторы без внутренней симпатомиметической активности.

У больных с высоким риском возможно внутривенное введение, затем, в случае стабилизации состояния, препараты назначаются перорально. Роль b-адреноблокаторов в лечении НС более не является предметом дискуссий. Если утяжеление вазоспастической стенокардии b-адреноблокаторами возможно за счет опосредованной через a-рецепторы вазоконстрикции, то у большинства больных НС стенокардия не является, по сути, вазоспастической. При применении вазодилатирующей терапии b-адреноблокаторы наиболее эффективны у больных с повышением АД и ЧСС.

Наиболее часто применяются три препарата: пропранолол, метопролол, атенолол. Если больные ранее не принимали b-адреноблокаторы, лучше вводить короткодействующие препараты, например метопролол. Начальная доза препарата может быть 2,5 мг внутривенно или 12,5 мг внутрь. При удовлетворительной переносимости беталок (метопролол) назначается внутривенно в дозе 5 мг через 5 минут. Целевая доза при внутривенном введении составляет 15 мг. Первую дозу таблетированного препарата назначают через 15 минут после внутривенного введения. Возможно также введение (при отсутствии беталока) пропранолола. Доза составляет 0,5-1,0 мг с последующим назначением через 1-2 часа 40-80 мг каждые 6-8 часов. Начальная доза атенолола составляет 5 мг с повторением через 5 мин, затем через 1-2 часа 50-100 мг в сутки.

Доза b-адреноблокатора должна обеспечить урежение ЧСС до 50-60 в минуту. Применение b-адреноблокаторов приводит к уменьшению продолжительности ишемии, снижает риск развития ИМ, уменьшает количество аритмических смертей.

3. Нитраты. Применение нитратов у больных НС также является терапией выбора. Эффективность органических нитратов в лечении НС обусловлена системной венозной дилатацией, которая приводит к уменьшению преднагрузки, объема левого желудочка с последующим снижением потребности миокарда в кислороде. Обусловленное нитратами увеличение доставки кислорода миокарду вследствие прямой коронарной вазодилатации может быть фактором усиления антиишемического эффекта у больных с вазоспастическим компонентом. Если у больного НС сохраняется болевой синдром, следует назначать нитроглицерин сублингвально или в виде спрея в достаточных дозах. Если после трехкратного применения нитроглицерина боли не купируются, целесообразно начинать внутривенное введение препарата в начальной дозе 10-25 мкг струйно, а затем капельно со скоростью 5-10 мкг/мин. Внутривенное введение нитроглицерина (перлинганит) рекомендуется также всем негипотензивным больным с высоким риском. Возможно дальнейшее увеличение дозы каждые 10 мин (до 76-120 мкг/мин) до снижения симптоматики или появления побочных эффектов (САД < 90 мм рт.ст. или >30% снижения у гипертоников, тахикардия >110 ударов в 1 мин, головная боль). Аналогичное, но менее выраженное действие на ЧСС и АД оказывает внутривенное введение изосорбида динитрата (изокет). Препарат вводят в начальной дозе 1-4 капли в 1 мин, и при хорошей переносимости скорость введения повышают каждые 5-15 мин на 2-4 капли. Обычно нитраты вводят внутривенно в течение суток с последующим переходом на прием пероральных препаратов. Следует помнить об опасности толерантности к нитратам, которая может развиться уже через 12-24 часа от начала введения. Если в каждой конкретной ситуации возможно применение асимметричного режима приема с перерывом в 12-14 часов, то необходимо нитраты назначать подобным образом.

Лечение нитратами приводит к уменьшению частоты и продолжительности ишемии, уменьшению или купированию болевого синдрома, но нет четких данных относительно его влияния на частоту внезапной коронарной смерти и ИМ.

4. Антагонисты кальция являются препаратами второго плана. Они резервируются для больных, которые не реагируют на лечение нитратами и b-адреноблокаторами, или в том случае, когда есть противопоказания или непереносимость одной или обеих этих групп препаратов. Они также могут применяться у больных с АГ и вариантной стенокардией.

Антагонисты кальция представляют собой гетерогенную группу. Так, применение дигидропиридинов в лечении НС приводит к увеличению частоты возникновения ИМ. Дигидропиридины действуют селективно на гладкую мускулатуру артерий, и их терапевтический эффект связан со снижением постна­грузки и улучшением перфузии коронарных артерий. При этом сократимость миокарда несколько, а АД значительно снижаются, ЧСС повышается. Применение данной группы антагонистов кальция возможно только в сочетании с b-адреноблокаторами. Дилтиазем и верапамил, кроме снижения преднагрузки, обладают отрицательным инотропным и хронотропным действием. Таким образом, выбор антагониста кальция зависит от ЧСС, уровня АД, и АV-проводимости. Антагонисты кальция не назначаются при отеке легких, признаках дисфункции левого желудочка. В целом применение препаратов этой группы является эффективным только в отношении уменьшения симптоматики.

Необходимо отметить, что степень агрессивности медикаментозного лечения зависит от тяжести клинического состояния больного.

Интенсивное медикаментозное лечение начинается немедленно при первом контакте с больным врача скорой помощи и продолжается в стационаре, оно показано больным, которые имеют признаки высокого или умеренного риска развития ИМ и ВКС. Медикаментозная терапия предполагает адекватное обезболивание, прием аспирина и/или клопидогреля, введение гепарина, b-адреноблокаторов, трехкратный сублингвальный прием нитроглицерина с после­дующим переходом на внутривенное его введение. Обследование больных включает динамическую регистрацию ЭКГ в течение 48-72 часов, суточное мониторирование ЭКГ, ЭхоКГ, миокардиальных ферментов, кислотно-щелочного состояния. Необходимо срочно выявить и устранить экстракардиальные причины, которые ухудшают состояние больного, такие как аритмия, артериальная гипертензия, сердечная недостаточность, анемия, гипертермия. Важный фактор — постельный режим, который часто является достаточным для рестабилизации.

Наличие рефрактерного к проводимой терапии болевого синдрома свидетельствует либо о повышенном риске ИМ и ВКС (истинная рефрактерность составляет примерно 10%), либо о применении субоптимальных (недостаточных) доз препаратов (такая «псевдорефрактерность» может достигать 83%).

Лечение стабилизированных больных, у которых отсутствие признаков ишемии и гемодинамических нарушений фиксируется в последние 24 часа, осуществляется с применением тех же препаратов, но в пероральных формах.

Острый инфаркт миокарда

Основная причина инфаркта миокарда (ИМ) — тромбоз коронарной артерии, следствием чего является острое несоответствие между потребностью сердечной мышцы в кислороде и питательных веществах и их доставкой.

Необходимо отметить, что половина летальных исходов возникает в течение 2 часов от начала заболевания. Этот факт определяет чрезвычайную важность догоспитальной диагностики и лечения ОИМ.

В основе развития ИМ, так же как и НС, лежат три патофизиологических механизма: разрыв атеро­склеротической бляшки, тромбоз на месте разорванной или интактной бляшки, локальная или генерализованная вазоконстрикция. При ИМ тромбоз КА является обтурирующим.

При полной коронарной окклюзии изменения в миокарде начинаются спустя 20 минут, а окончательный некроз формируется в среднем за 6 часов. В этом промежутке времени разворачивается драматическая картина последовательной гибели миокарда, включающая в себя разрушение лизосомальных мембран, выход литических ферментов, разрушение клеточных мембран, агрегацию тромбоцитов и лейкоцитов, вы­свобождение биологически активных веществ, отек, кровоизлияния, гибель интрамуральных кровеносных сосудов, некроз ткани миокарда. Время формирования некроза индивидуально и в значительной мере зависит от наличия коллатерального кровообращения.

Необходимо отметить, что основная гибель миокарда происходит в первые часы от момента коронаротромбоза. Так, к третьему часу величина потенциально жизнеспособного миокарда уменьшается в 3 раза по сравнению с первым часом, а через 6 часов от нее остается лишь 5%. Таким образом, ранняя диагностика ИМ, оказание больным адекватной неотло­жной помощи позволяют значительно уменьшить смертность, улучшить ближайший и отдаленный прогноз, избежать большого количества осложнений.

Диагноз инфаркта миокарда базируется на трех основных диагностических признаках: клинической картине, данных ЭКГ и биохимических маркерах повреждения миокарда.

Наиболее часто ИМ протекает в классическом варианте (стенокардитический вариант, или status anginosus). Для него характерным является болевой синдром длительностью более 20 мин. Боли за грудиной или в области сердца носят сжимающий, давящий характер, не проходят после приема нитроглицерина, могут приобретать новую иррадиацию. Больные, как правило, возбуждены, беспокойны, мечутся, ищут удобную позу, то есть поведение в момент приступа кардинально меняется по сравнению с таковым во время приступа стенокардии, когда больные останавливаются или сбавляют интенсивность физической нагрузки. В момент возникновения ИМ отмечаются симптомы острой сосудистой недостаточности — резкая слабость, головокружение, холодный липкий пот, тошнота, рвота, обморок. Необходимо отметить, что интенсивность болевого синдрома при ИМ может быть различной. У больных сахарным диабетом, сирингомиелией, у алкоголиков болевой синдром может быть неинтенсивным, что связано с наличием у данной категории лиц нейропатии со снижением болевой чувствительности. Именно у этих больных ИМ зачастую не диагностируется, так как болевой синдром врачами расценивается как проявление стенокардии. Уместно напомнить, что регистрация ЭКГ должна выполняться врачами линейных бригад, что не всегда возможно вследствие отсутствия оснащения соответствующей аппаратурой. Поэтому когда речь идет о минутах промедления, стоящих жизни больным, мы имеем либо позднюю госпитализацию, либо неверную оценку болевого синдрома. Врачи должны помнить, что у 7-22% больных ИМ болевой синдром может быть атипичным (кинжальная боль во время дыхания или кашля, боль в области верхушки, появляющаяся при пальпации, постоянная боль, длящаяся в течение нескольких часов, и т.д.).

Каких-либо физикальных данных, характерных исключительно для ИМ, нет. Глухость тонов может быть обусловлена как величиной поражения миокарда, так и предшествующим состоянием сердечной мышцы. Кратковременный шум трения перикарда может свидетельствовать о достаточно обширном поражении передней стенки левого желудочка и являться косвенным симптомом ИМ. Субфебрильная или фебрильная лихорадка, будучи проявлением резорбционно-некротического синдрома, является поздним симптомом ИМ, так как появляется обычно на второй день заболевания и далеко не у всех больных.

Атипичными являются следующие варианты ИМ.

Абдоминальный вариант. Для этого варианта характерно возникновение кинжалообразной боли в эпигастральной области, диспептические расстройства в виде тошноты, рвоты, отрыжки, упорной икоты. Боли могут иррадиировать в межлопаточное пространство, передние отделы грудной клетки. Появляется вздутие живота, передняя брюшная стенка напряжена, болезненна. Чаще всего такое состояние расценивается как прободная язва желудка или 12-перстной кишки, тем более что возникающие при ИМ острые эрозии, а иногда и язвы слизистой желудка и кишечника могут окончательно сместить акценты в клинической картине. Так как такой вариант ИМ возникает при истинном нижнем или заднебазальном инфаркте миокарда, ЭКГ-диагностика которого для врачей представляет определенные трудности, больные зачастую попадают в хирургическое отделение, а иногда прямо на операционный стол. Необходимым условием дифференциальной диагностики в таких случаях является проведение рентгеноскопии брюшной полости с целью определения наличия свободного воздуха в ней.

Астматический вариант характеризуется относительно неинтенсивным болевым синдромом и наличием острой сердечной недостаточности (II или III класса по Killip, т.е. сердечной астмы или отека легких). Такой вариант течения ИМ наиболее вероятен у больных с повторным инфарктом миокарда или при инфаркте сосочковых мышц с развитием относительной недостаточности митрального клапана. Даже в случае когда ИМ остается нераспознанным, проведение неотложной терапии и последующая госпитализация в кардиореанимацию в конечном счете обеспечивают дальнейшее адекватное ведение больного.

Ситуация для больного осложняется, если ИМ протекает в виде церебрального варианта. Он наблюдается у больных старших возрастных групп с выраженным церебральным атеросклерозом и свидетельствует о неадекватном кровоснабжении головного мозга даже в условиях централизации кровообращения. На фоне малого сердечного выброса церебральные расстройства могут проявляться в синкопальном варианте (по типу глубокого обморока) с рвотой, судорогами, брадикардией и в коматозном варианте. Поражения ЦНС могут также проявляться психомоторным возбуждением, очаговым поражением головного или спинного мозга, «декомпенсацией старого очага», а также менингеальным, полиневритическим и эпилептиформным синдромами. Учитывая такие клинические проявления церебрального варианта, существует угроза госпитализации больных в неврологический или (что намного хуже) в психиатрический стационар.


При аритмическом варианте в клинике превалируют нарушения ритма и проводимости, в то время как интенсивность болевого синдрома не достигает уровня, характерного для типичной формы ИМ. Наиболее часто аритмический вариант протекает в виде пароксизмальной желудочковой или наджелудочковой тахикардии, реже — в виде пароксизма фибрилляции предсердий или полной АV-блокады. Аритмический вариант ИМ может осложниться аритмическим кардиогенным шоком с резким уменьшением АД и дальнейшим уменьшением перфузии миокарда. ЭКГ-диагностика при таком варианте бывает затруднена, особенно в случае пароксизма желудочковой тахикардии или полной подспайковой АV-блокады.

Бессимптомный вариант ИМ обнаруживается случайно, при регистрации ЭКГ или проведении ЭхоКГ. Как правило, оценить его давность затруднительно.

В клинической практике часто используют «рабочие» определения ИМ, такие как:

— ИМ «незавершенный», или ИМ «в ходу», или Q-негативный, когда на фоне болевого синдрома на ЭКГ регистрируется либо элевация сегмента ST (новая элевация сегмента ST > mV в отведениях V1-V3 и >0,1 mV в других отведениях), либо депрессия сегмента ST и разнообразные изменения зубца Т;

— ИМ «завершенный», или «полный», или Q-позитивный ИМ, когда на ЭКГ в отведениях V1-V3 опре­деляется зубец Q (любой амплитуды и величины) и/или в отведениях I, II, аvL, аvF, V4, V5, V6 регистрируется так называемый патологический зубец Q (>0,03 с). Такой инфаркт может быть крупноочаговым или трансмуральным.

Ишемия на ЭКГ отражается изменениями зубца Т, ишемическое повреждение — изменениями сегмента ST, трансмуральный (крупноочаговый) некроз — изменениями комплекса QRS в виде появления зубца Q или QS. В зависимости от характера изменений ЭКГ выделяются острейшая, острая, подострая и рубцовая стадии течения ИМ.

Острейшая стадия характеризуется подъемом сегмента ST, при этом он имеет форму дуги с куполом кверху и сливается с одной стороны с зубцом R, с другой — с зубцом Т, образуя монофазную кривую. В отведениях с противоположной стороны выявляются реципрокные изменения — депрессия сегмента ST. Для острой стадии характерно появление патологического зубца Q или QS и уменьшение или исчезновение зубца R. В острую стадию приподнятый сегмент ST начинает приближаться к изолинии с формированием отрицательной фазы двуфазного зубца Т. При подострой стадии характерно приближение сегмента ST к изолинии с окончательным формированием отрицательного зубца Т. Характерным признаком рубцовой стадии ИМ является соответствие сегмента ST изолинии. Если динамика ЭКГ оста­навливается на уровне острой или подострой стадии, можно говорить об ЭКГ-признаках формирующейся аневризмы сердца. Со временем может происходить реверсия зубца Т и уменьшение глубины зубца Q вследствие компенсаторной гипертрофии миокарда вокруг рубца.

Основные ЭКГ-признаки локализации ИМ приведены в табл. 1.

Наибольшие трудности сопряжены с ЭКГ-диагностикой ИМ у больных с полной блокадой левой ножки пучка Гиса, внезапное возникновение которой само по себе рассматривается как возможный признак ИМ. При полной блокаде левой ножки пучка Гиса диагностика ИМ передней стенки основывается на следующих изменениях ЭКГ:

— появление зубца QS в V5, V6, свидетельствующее о некрозе боковой стенки, говорит в пользу обширного ИМ передней стенки;

— появление небольшого зубца Q или его эквивалентов в отведениях I, avL, V5, V6;

— наличие глубокого зубца S в отведениях V5 и V6 или выраженная зазубренность комплекса QRS в этих отведениях;

— отсутствие нарастания зубца R или даже его снижение от V1 к V4;

— распространение зубца QS до отведений V4 и V5.

Наличие блокады правой ножки пучка Гиса не является препятствием для ЭКГ-диагностики ИМ.

Ультразвуковое исследование больных с ИМ позволяет обнаружить участки гипокинезии или акинезии, оценить размеры поражения, диагностировать осложнения инфаркта (разрывы сердца, как внутренние, так и внешние, внутриполостной тромб, аневризма сердца, перикардит при синдроме Дресслера) и в то же время провести дифференциальную диагностику ИМ с другими заболеваниями.

Отсутствие в большинстве инфарктных отделений возможности лабораторной диагностики ИМ (определения МВ-КФК, миоглобина, тропонинов I и Т) существенно уменьшает вероятность диагностировать ИМ в случаях малоинформативной ЭКГ и осуществить контроль эффективности тромболитической терапии.

Лечение острого инфаркта миокарда. Европейское общество кардиологов (ЕОК) в своих последних рекомендациях (2003) определяет основными целями ведения больных с ОИМ на догоспитальном этапе раннюю диагностику, оценку неблагоприятного исхода, осуществление противоболевых мероприятий, профилактику и лечение остановки сердца. Нам такая позиция кажется спорной, так как нельзя превращать врачей скорой помощи в парамедиков, а уже на догоспитальном этапе необходимо оказывать полноценную врачебную помощь (об этом свидетельствует огромный опыт работы специализированных бригад) с использованием всего арсенала современных лекарственных средств. Это неоспоримый факт, и игнорирование его означает потерю времени, в течение которого может быть спасена определенная часть ишемизированного миокарда.

Начинать лечебные мероприятия при ОИМ следует с проведения обезболивающей терапии. ЕОК рекомендуется внутривенное введение опиоидных аналгетиков (морфин в дозе 4-8 мг с последующим повторным введением по 2 мг через 5-минутные интервалы), при этом допускается неполное купирование болевого синдрома, так как последующее введение нитратов и b-адреноблокаторов обеспечивает дополнительный аналгезирующий эффект благодаря особенностям механизмов действия данных препаратов. При умеренно выраженном болевом синдроме применяется введение 1,0 мл 1-2% раствора промедола. При неэффективности наркотических аналгетиков допустимо проведение нейролептаналгезии — сочетанное введение фентанила 1,0-2,0 мл 0,005% раствора и дроперидола 2,0-3,0 мл 0,25% раствора, соотношение которых должно составлять 1 : 2 или 1 : 3, под контролем АД и частоты дыхательных движений; при сочетании интенсивного болевого синдрома с возбуждением и чувством страха применяется введение 2,0 мл 0,5% раствора седуксена (реланиума, сибазона). Не потерял своего значения и упра­вляемый наркоз закисью азота (вдыхание закисно-кислородной смеси в соотношении 4 : 1). При отсутствии вышеперечисленных препаратов уместно введение оксибутирата натрия — 50-70 мг/кг массы тела внутривенно капельно в калий-магний-поляризующей смеси со скоростью 2 мл/мин.

Принципиальным отличием интенсивной терапии ОИМ от терапии НС является проведение мероприятий, приводящих к реканализации окклюзированной коронарной артерии. Учитывая недоступность широкого использования в нашей стране в настоящее время хирургических методов восстановления коронарного кровообращения (баллонная ангиопластика, стентирование, ургентное аортокоронарное шунтирование), наиболее реальной является тромболитическая терапия.

В основе эффективности тромболитической терапии при ИМ лежит раннее восстановление проходимости инфарктозависимой коронарной артерии. Эта гипотеза «открытой артерии» (E. Braunwald, 1989) базируется на трех важнейших наблюдениях.

1. В первые 6 часов трансмурального ИМ полная коронарная окклюзия по данным коронарографии наблюдается у 85% больных.

2. Введение тромболитических препаратов в коронарный или системный кровоток способно у больных ИМ вызвать полную реканализацию полностью окклюзированной артерии.

3. Раннее восстановление коронарной проходимости способствует уменьшению величины зоны некроза и дисфункции левого желудочка и улучшению ближайшего и отдаленного прогноза.

Механизмы положительного влияния «открытой артерии» у больных с ИМ разделяют на зависимые и малозависимые от времени, прошедшего с момента возникновения окклюзии до восстановления проходимости коронарной артерии.

В основе зависимого от фактора времени эффекта «открытия» артерии лежит сохранение жизнеспособности и сократимости той или иной части мышечных волокон, которая без данного вмешательства оказалась бы необратимо повреждена. Величина «спасенного» миокарда зависит от времени, прошедшего с момента возникновения окклюзии артерии до ее реканализации в интервале 0-6 часов. В этом временном отрезке эффект реперфузии максимален в течение первого часа («золотой час» тромболизиса). Тромболизис у больных с передней локализацией инфаркта миокарда позволяет сохранить больший объем миокарда левого желудочка, чем при задней локализации поражения.

На основании обобщенных данных клинических исследований на более чем 150 тыс. больных с ОИМ показано, что тромболитическая терапия способна:

— снизить риск смерти на 10-50% в связи с восстановлением проходимости пораженной артерии вследствие лизиса в ней тромба;

— ограничить зону некроза;

— снизить риск развития сердечной недостаточности за счет сохранения насосной функции левого желудочка;

— улучшать процессы репарации;

— уменьшать частоту образования аневризм;

— снижать частоту образования тромбов в левом желудочке;

— повышать электрическую стабильность миокарда.

Показания и противопоказания к проведению тромболитической терапии

Показаниями к проведению тромболизиса являются:

1) наличие типичного ангинозного приступа длительностью не менее 30 минут, не купирующегося приемом нитроглицерина, от возникновения которого прошло не более 12 часов;

2) изменения на ЭКГ:

— подъем сегмента ST минимум на 0,1 мВ не менее чем в двух отведениях;

— остро возникшая блокада левой ножки пучка Гиса в первые 12 часов от момента возникновения ИМ;

3) отсутствие абсолютных противопоказаний.

Противопоказания к проведению тромболизиса разделяют на абсолютные и относительные.

А. Абсолютные: острые кровотечения, а также заболевания с высоким риском их возникновения — геморрагический инсульт или инсульт неизвестного генеза, внутричерепная опухоль или аневризма, ишемический инсульт в предшествующие 6 мес., недавняя (в предшествующие 3 недели) крупная травма / операция / травма головы, геморрагические диатезы; расслаивающая аневризма аорты; гастроинтестинальные кровотечения в предшествующем месяце, неконтролируемая артериальная гипертензия.

Б. Относительные:

1) язвенная болезнь желудка или 12-перстной кишки в стадии обострения или с кровотечением в анамнезе;

2) недавняя пункция крупного, недоступного прижатию сосуда;

3) продолжительная (более 10 мин) или травматичная сердечно-легочная реанимация;

4) транзиторная ишемическая атака в предшествующие 6 месяцев;

5) значительные нарушения функции печени и почек, злокачественные опухоли с метастазами;

6) прием пероральных антикоагулянтов;

7) инфекционный эндокардит;

8) применение обладающих антигенными свойствами тромболитических средств (стрептокиназы и анистреплазы) уже через 5 дней и далее в течение 12-24 месяцев после их первой внутривенной инфузии;

9) необходимость хирургического вмешательства.

Острые формы сердечной недостаточности (отек легких и кардиогенный шок) не являются противопоказанием к проведению тромболитической терапии. Необходимо заметить, что применение тромболитических средств при кардиогенном шоке может быть эффективным при условии предварительного повышения систолического АД.


Эталонным методом оценки кровотока в инфарктозависимой коронарной артерии является коронарография, которая выполняется на 90-й минуте от начала тромболитической терапии. К неинвазивным критериям эффективности тромболизиса относят: быстрое купирование болевого синдрома, появление во время тромболизиса реперфузионных аритмий, быструю эволюцию изменений ЭКГ, в первую очередь снижение сегмента ST, ускоренную динамику кардиоспецифических биохимических маркеров некроза (МВ-КФК, миоглобина).

Несмотря на тонкие различия в механизмах действия, все тромболитики превращают плазминоген в активный плазмин, ответственный за расщепление фибринового компонента тромба.

По механизму действия различают фибриноне­специфические и фибриноспецифические тромболитики. Первые одинаково активируют как свободно циркулирующий в кровотоке плазминоген, так и связанный с фибрином. Вторые воздействуют преимущественно на связанный плазминоген, который находится на поверхности тромба, обладая более выраженной способностью растворять тромб и в то же время вызывая менее выраженные изменения других факторов гемостаза.

Основные тромболитические препараты и режимы их введения представлены в табл. 2.

Классическим представителем фибринонеспецифических тромболитиков является стрептокиназа, представляющая собой белковое соединение, получаемое из b-гемолитического стрептококка. Она действует как непрямой активатор превращения плазминогена в плазмин благодаря тому, что одна ее молекула ковалентно связывается с одной молекулой плазминогена с образованием активного комплекса плазминогена. Последний участвует в конверсии второй молекулы плазминогена в протеолитический фермент плазмин. При введении стрептокиназы уровень фибриногена в плазме снижается на протяжении 24-36 часов. Введение стрептокиназы обеспечивает восстановление проходимости инфарктозависимой коронарной артерии в 54-60% случаев.

Побочные эффекты: кровотечения во внутренние органы и в подкожные ткани, разрыв сердца, повторные ИМ, аритмии, анафилаксия, отек легких, гипотония, одышка, головная боль, боль в спине, гипертоксичность, сыпь, лихорадка.

АПСАК (анистреплаза) представляет собой комплекс стрептокиназы и человеческого плазминогена. АПСАК имеет ряд преимуществ перед стрептокиназой: 1) его активный участок временно химически защищен с помощью ацилблокирующих групп; 2) ему свойственен контролируемый и пролонгированный клиренс из плазмы; 3) он обладает большой литической способностью и частичной селективностью по отношению к тромбу; 4) он задерживается главным образом тромбом; 5) способ его применения простой и безопасный — быстрое в/в введение, в том числе и на догоспитальном этапе; 6) участки связывания фибрина на плазминогене не подвержены ацилированию и становятся активными сразу же после в/в введения АПСАК, что позволяет циркулирующему в крови препарату быстро связываться с фибриновым сгустком крови. АПСАК способен восстанавливать проходимость коронарного сосуда, пораженного тромбозом, примерно в 70% случаев. После введения АПСАК начало действия наступает немедленно. Лизис тромба отмечается через 45 минут от начала инфузии. Продолжительность действия — 6 часов. Противопоказания, побочные эффекты такие же, как при введении стрептокиназы.

Урокиназа представляет собой человеческий активатор плазминогена. Она превращает неактивный плазминоген в активный плазмин, имеющий большое сродство с фибрином. При введении урокиназы образующийся плазмин вызывает деградацию фибрина, фибриногена, факторов Y и YIII. Урокиназа стимулирует значительный фибринолиз и вызывает гипофибриногенемию, а также оказывает антитромбоцитарное действие. Благодаря отсутствию антигенных свойств препарат может быть применен при необходимости повторного проведения тромболитической терапии у больных, получивших в течение предшествующих 6 месяцев лечение стрептокиназой, АПСАК, когда в крови сохраняются антитела к ним. При лечении урокиназой приходится прибегать к раннему назначению гепарина для снижения риска ретромбозов, хотя необходимо учитывать возрастание риска кровотечений при совместном применении этих двух препаратов. Раннее восстановление реперфузии при введении урокиназы составляет примерно 70%.

Тканевой активатор плазминогена (ТАП) является ключевым ферментом фибринолитической системы, синтезируется клетками эндотелия и находится в норме в различных тканях организма. Рекомбинант­ный ТАП (алтеплаза, актелизе) тождественен нативному ТАП. Важнейшей характеристикой ТАП служит его ферментативная активность, проявляющаяся в присутствии фибрина или его фрагментов. Эта активность обусловливает фибриноспецифичность ТАП и его способность к растворению тромба без выраженной системной активации фибринолиза. В результате присутствие фибрина приводит к активации ТАП в области тромба, в то время как циркулирующий в плазме ТАП остается неактивированным. Образующийся в тромбе под воздействием активированного ТАП плазмин в отличие от циркулирующего плазмина более устойчив к нейтрализации a2-антиплазмином. За счет сродства с фибрином ТАП действует преимущественно на поверхности тромба и оказывает меньшее влияние на циркулирующий фибриноген. Его тромболитическая активность значительно выше, чем у стрептокиназы. Сочетание высокой эффективности в отношении растворения тромбов, умеренное действие на системные факторы гемостаза и отсутствие антигенности позволяют считать это лекарственное средство лучшим из применяемых на сегодняшний день в клинической практике тромболитических препаратов. Ускоренный режим введения ТАП обеспечивает восстановление проходимости инфарктозависимой коронарной артерии на 90-й минуте в 81-85% случаев, причем препарат значительно чаще, чем стрептокиназа, обеспечивает полную реканализацию коронарной артерии (кровоток III степени по TIMI).

Тенектеплаза (метализе) может применяться на догоспитальном этапе, несомненным достоинством этого препарата является болюсное его введение. Так, в Нидерландах при использовании догоспитальной стратегии диагностики и лечения ОИМ с элевацией сегмента ST метализе обнаруживалось 4-кратное возрастание частоты абортированного, то есть прерванного, инфаркта миокарда по сравнению с внутригоспитальным лечением. Но если в странах Европы использование стратегии догоспитальной сортировки и последующего назначения тромболитиков в течение первого часа ОИМ возможно у 25% пациентов, в нашей стране с ранней диагностикой инфаркта миокарда дела обстоят не столь хорошо. Тем не менее г. Харьков имеет опыт применения тенектеплазы на догоспитальном этапе на 55-й минуте от начала болевого синдрома у больного ОИМ, и дальнейшая динамика ЭКГ, кардиоспецифических ферментов и клинического течения позволили сделать заключение о прерванном ИМ у данного пациента. Именно такой практический успех тромболизиса, проведенного врачом СМП на догоспитальном этапе, является более убедительным, чем любые публикации. Все вышесказанное можно отнести и к применению на догоспитальном этапе модифицированного с помощью генной инженерии тканевого активатора плазминогена — ретеплазы.

Оптимальной реперфузии после тромболизиса препятствуют:

1) первичная резистентность тромба к тромболитическому агенту, которая отмечается не менее чем у 15-20% больных. Ее основной причиной считают гетерогенность состава внутрикоронарных тромбов, то есть различный удельный вес участков, богатых тромбоцитами и эритроцитами, обладающих неодинаковой чувствительностью к тромболитическим препаратам. Богатые тромбоцитами тромбы образуются при глубоком повреждении фиброзной «шапочки» атеросклеротической бляшки с ее разрывом и обнажением коллагена и кристаллов холестерина, к которым легко адгезируют тромбоциты. Такие тромбы резистентны к лизису. Другими возможными причинами неэффективного тромболизиса являются механическое сдавление просвета сосуда снаружи в результате кровоизлияния в бляшку, ее разрыва или расслоения коронарной артерии, а также вариабельность фибринолитического ответа на тромболитический агент, его антигенность и, вероятно, недостаточная эффективность существующих тромболитических средств и принятых режимов их введения;

2) неадекватное «открытие» артерии из-за остаточного тромбоза или стенозирования просвета сосуда бляшкой. Важность полного «открытия» артерии обусловлена тем, что сохранение остаточного стеноза бляшкой и/или не до конца лизированным тромбом может свести на нет эффект тромболитической терапии в отношении «спасения» миокарда, сохранения его функции и улучшения показателя выживаемости;

3) неадекватная перфузия ткани миокарда при восстановлении проходимости в месте тромботической окклюзии (феномен «no-reflow»), возможной причиной которой является повреждение микроциркуляторного русла при реперфузии;

4) ретромбоз и реокклюзия.

Введение фибринолитических препаратов может вызывать ряд осложнений. Артериальная гипотензия возникает примерно у 10-20% больных при введении стрептокиназы и АПСАК и в 1,5-2 раза реже — при использовании ТАП. Снижение АД отмечается к 20-30-й минуте тромболизиса. В большинстве случаев для стабилизации АД достаточно уменьшить скорость инфузии или временно ее прекратить. Однако в 5% случаев больным требуется коррекция АД с помощью введения вазопрессорных средств. При наличии исходной гипотонии предпочтительно введение ТАП. Внутричерепное кровоизлияние отмечается при применении стрептокиназы в 0,5-1% и при введении ТАП в 1,3% случаев. Опасность геморрагического инсульта возрастает при увеличении возраста больных (свыше 70 лет), при неконтролируемой артериальной гипертензии и увеличении доз тромболитических препаратов и гепарина выше рекомендуемых.

Системные кровотечения наиболее часто отмечаются из мест пункций и катетеризаций артериальных и венозных сосудов, производимых с диагностической и лечебной целью, из ЖКТ, реже — из мочеполовой системы. Врачебная тактика при возникновении кровотечений:

— при кровотечении из места пункции сосуда — наложение давящей повязки;

— при тяжелом кровотечении (желудочно-кишечном, внутричерепном) — прекратить введение тромболитика и гепарина; для устранения эффектов гепарина ввести протамина сульфат в дозе 1 мг на 100 ЕД гепарина, введенного за предшествующие 4 часа; при артериальной гипотонии и снижении гематокрита до 25% — переливание эритроцитарной массы; при снижении уровня фибриногена до 1 г/л и продолжении кровотечения ввести свежезамороженную плазму или криопреципитат, 10 доз в/в; при неэффективности предшествующей терапии — введение аминокапроновой кислоты, 5 г в течение 1 часа. Если, несмотря на принятые меры, кровотечение продолжается, переливают тромбоцитарную массу, даже если количество тромбоцитов нормальное.

Развитие аллергических реакций в основном характерно для стрептокиназы и АПСАК. Наиболее часто отмечаются лихорадка, высыпания, бронхоспазм, озноб, реже — анафилактический шок.

Реперфузионные аритмии встречаются у большинства больных, причем в очень ранние сроки тромболизиса увеличен риск возникновения фибрилляции желудочков. В целом же наиболее распространенными являются ускоренный идиовентрикулярный ритм и поздние желудочковые экстрасистолы. Профилактическое назначение больным, которым проводится тромболизис, лидокаина нецелесообразно.

Дополнительная терапия гепарином необходима всем больным, которым проводят тромболизис урокиназой и ТАП, и необязательна при использовании фибринонеспецифических препаратов — стрептокиназы и АПСАК. В последнем случае вопрос о назначении этого препарата решается индивидуально, в основном с учетом риска геморрагических осложнений в каждом случае. Лечение гепарином следует начинать во время инфузии тромболитического препарата или перед ее окончанием, то есть в первые 90 мин от начала введения ТАП и 1-3 часа от начала введения стрептокиназы. При ОИМ гепарин в/в вводится при введении ТАП, переднем ИМ, низком сердечном выбросе, мерцательной аритмии и тромбозе левого желудочка. Гепарин в низких дозах п/к — во всех других случаях на время постельного режима.

Суммируя вышесказанное, можно сделать вывод, что тромболитическую терапию при ОИМ предпочтительно начинать на догоспитальном этапе. Догоспитальная терапия может быть начата в среднем на 55 мин раньше, чем в условиях стационара, и сопровождается дополнительным 15%-ным снижением летальности. Она достаточно безопасна и при наличии подготовленного персонала и соответствующего оборудования машины скорой медицинской помощи может быть широко рекомендована.

Е.Н. Амосова и соавт. (1998) предлагают следующий алгоритм принятия решения о проведении тромболитической терапии.

Больные 1-й группы

При обследовании (не должно занимать более 10-15 мин):

— несомненный клинический диагноз ИМ;

— на ЭКГ — подъем сегмента ST или остро возникшая блокада левой ножки пучка Гиса;

— первые шесть часов от начала болевого синдрома;

— абсолютные противопоказания отсутствуют, возможно наличие относительных противопоказаний.

Решение: тромболитическую терапию следует начинать немедленно, предпочтительнее использовать ТАП.

Больные 2-й группы

При обследовании:

— несомненный клинический диагноз ИМ;

— на ЭКГ — подъем сегмента ST или остро возникшая блокада левой ножки пучка Гиса;

— первые 12 часов от начала болевого синдрома;

— абсолютные противопоказания отсутствуют, возможно наличие относительных противопоказаний.

Решение: тромболитическую терапию следует проводить после тщательной оценки относительных противопоказаний. Могут использоваться как ТАП, так и стрептокиназа и АПСАК.

Больные 3-й группы

При обследовании:

— диагноз ИМ сомнителен;

— на ЭКГ — депрессия сегмента ST или другие неспецифические изменения;

— от начала болевого синдрома прошло более 12 ч, боль не рецидивирует;

— возможно наличие относительных противопоказаний.

Решение: тщательное наблюдение за клиническим состоянием пациента, контроль ЭКГ и сывороточного содержания кардиоспецифических ферментов в динамике. Тромболитическая терапия проводится только в случае рецидивирования ангинозных приступов, сопровождающихся характерными изменениями ЭКГ.

Проведение тромболитической терапии на догоспитальном этапе показано больным 1-й группы. Предпочтительно введение ТАП (актелизе, альте­плаза), ретеплазы, тенектеплазы, АПСАК. Перед началом проведения тромболизиса на догоспитальном этапе необходимо наладить мониторирование ЭКГ (опасность реперфузионных аритмий, в частности фибрилляции желудочков!).

Схемы применения антитромбоцитарных препаратов, антикоагулянтов, b-адреноблокаторов и нитратов аналогичны используемым при нестабильной стенокардии. Антагонисты кальция как альтернативные b-адреноблокаторам и нитратам препараты применяются только при Q-негативном ИМ.

Предотвращение ремоделирования левого желудочка предполагает назначение ингибиторов ангиотензинпревращающего фермента (ИАПФ). В первые сутки ИМ препараты этой группы применяются при обширном переднем инфаркте миокарда, клинических признаках сердечной недостаточности или снижении фракции выброса ниже 40%, артериальной гипертензии, сахарном диабете. Во избежание гипотензии ИАПФ следует назначать начиная с малых доз и при хорошей переносимости препарата доводить до целевой дозы.

При ОИМ на клеточном уровне нарушаются структура и функция мембран, образуются патологические биологически активные вещества мембранного происхождения. Кроме того, продуцируются свободные радикалы, активируется перекисное окисление липидов. Важную роль в патогенезе инфаркта миокарда играют активация липоксигеназ и образование их производных (лейкотриенов, липоксинов), которые вызывают коронароконстрикцию, агрегацию лейкоцитов, повышают свертываемость крови, являются триггерами аритмий. Для предупреждения осло­жнений ОИМ необходимо уменьшить прогрессирующее повреждение кардиомиоцитов, нарушение метаболизма которых наступает с первых секунд ишемии миокарда. Именно поэтому при лечении острых форм ИБС используются методы метаболической коррекции. Необходимо сказать, что данные препараты не входят в перечень стандартов лечения ИМ ЕОК, однако в Украине рассматриваются в качестве дополнительной терапии.

При ОИМ в последние годы в нашей стране применяется корвитин (кверцитин) — ингибитор ряда оксидазных ферментов, преимущественно липоксигеназ. В ходе клинических исследований препарата было доказано выраженное антиишемическое действие, уменьшение массы некротизированного миокарда, предупреждение дилатации полости левого желудочка, улучшение электрофизиологических свойств миокарда, предотвращение развития и прогрессирования острой сердечной недостаточности, мощное антиоксидантное действие, модуляция метаболизма оксида азота, повышение эффективности тромболитической терапии, предупреждение феномена no-reflow при проведении реваскуляризации миокарда. Применение корвитина целесообразно в ранние сроки инфаркта миокарда, так как быстрое развитие нарушений метаболизма, нарастание патологического процесса обусловливают необходимость ургентной терапии. Целесообразно назначать корвитин в первые 6-12 ч с момента развития ИМ путем внутривенной капельной инфузии препарата в дозе 0,5 г, растворенного в 50 мл физиологического раствора, в течение 20 мин. Инфузию повторяют через 2 и 12 ч в той же дозе. На вторые и третьи сутки корвитин вводится дважды в сутки по 0,5 г с интервалом 12 ч, на четвертые и пятые сутки — одноразово в дозе 0,25 г. При проведении реваскуляризации мио­карда (тромболитической терапии, перкутанной коронарной ангиопластики) препарат вводится до ее осуществления.


Необходимо отметить, что еще в 1985-1989 гг. проф. В.В. Никоновым впервые была разработана методика введения рутазидов (троксевазин, кверцетин) для лечения острейших периодов ИМ. Внедрение этого препарата в клиническую практику позволило значительно снизить количество осложнений и уменьшить летальность.

Глюкозо-инсулино-калиево-магниевая (поляризующая) смесь способствует улучшению метаболизма ишемизированных кардиомиоцитов и предупреждает развитие аритмий; очевидно, что ее введение необходимо начинать уже на догоспитальном этапе.

При ОИМ исключается применение антагонистов кальция дигидропиридиновой группы (нифедипин), лидокаина для профилактики аритмий, антиаритмиков ІС класса, с осторожностью вводятся препараты, способные вызвать спазм коронарных артерий (например, дизопирамид).

В краткой статье невозможно осветить все нюансы лечения и диагностики ОКС. Представленные в этом номере материалы, как мы надеемся, восполнят этот пробел.

 

В дополнение к статье приводим некоторые вопросы и ответы по ОКС.

Morgan Zaw Naing Lin, M.D., Rita F. Redberg, M.D., M.Sc.

San Francisco, California

1. Дайте определение стенокардии.

Стенокардия (грудная жаба) — клинический синдром, характеризующийся дискомфортом в области груди или прилежащих областях, связанным с ишемией миокарда и проходящим при отдыхе или сублингвальном применении нитроглицерина. Латин­ское слово «angina» означает удушье, а не боль. Чувство дискомфорта вообще не описывается как боль, скорее оно напоминает неприятное ощущение — «сдавливающее», «сжимающее», «давящее», «разрывающее» и «жгучее». В качестве типичных описаний этого ощущения можно также привести такие, как «пояс, завязанный вокруг груди» и «груз в центре груди». Сжимание кулака перед грудиной при описании боли (симптом Левина) — надежное указание на ишемический характер болей.

2. Сравните стабильную стенокардию напряжения и стенокардию с динамическим компонентом обструкции.

У больных со стабильной стенокардией уровень физической нагрузки, необходимый для провокации приступа, относительно постоянный. Обычно такие больные могут прогнозировать уровень физической активности, который спровоцирует приступ стенокардии (например, подъем на 2 лестничных марша при обычном темпе ходьбы). Ситуация обусловлена повышением потребности миокарда в кислороде при недостаточной перфузии миокарда после достижения уровня фиксированной критической коронарной обструкции.

При стенокардии с динамическим компонентом обструкции основополагающее значение для провокации ишемии миокарда имеет непостоянная составляющая обструкции, вызванная коронарным спазмом, даже несмотря на то, что у большинства этих больных имеется некоторая степень атеросклеротического поражения коронарных артерий. Уровень физической активности, провоцирующий приступ стенокардии, меняется день ото дня или даже в течение суток. Смешанная форма стенокардии занимает промежуточное положение между крайними типами фиксированной и нестабильной стенокардии напряжения.

Вариантом стенокардии определяется проводимая противоишемическая терапия, b-блокаторы с большей вероятностью будут эффективны при стабильной стенокардии, тогда как нитраты и антагонисты кальция предпочтительны для лечения эпизодов стенокардии, связанных с вазоспазмом.

3. Что такое типичная неангинозная боль в груди?

Для стенокардии не типичны следующие характеристики:

— летучие кратковременные боли в груди, описываемые как укол иглой или защемление;

— боль, локализованная на очень небольшом участке, например, размером с кончик пальца;

— боль, воспроизводимая при нажатии на грудную клетку;

— дискомфорт, усиливающийся при дыхании или движениях туловища или руки;

— дискомфорт, проходящий в течение нескольких секунд в горизонтальном положении тела или после одного или двух глотков воды.

4. Что такое эквиваленты стенокардии?

Эквиваленты стенокардии — это симптомы ишемии миокарда, иные, чем стенокардия, такие как одышка, слабость, дурнота и отрыжка, часто возникающие у пожилых людей. Больные могут указывать на середину груди как на место затруднения дыхания, тогда как одышка обычно не локализована. Другими вариантами эквивалентов стенокардии являются дискомфорт, ограниченный зонами, в обычных условиях являющимися местами иррадиации болей, такими как локтевая поверхность левого предплечья, нижняя челюсть, зубы, шея или плечи; появление отрыжки, тошноты, «несварения», головокружения и проливного пота. Эквиваленты стенокардии, локализованные выше нижней челюсти или ниже пупка, встречаются довольно редко.

5. Что такое синдром X?

Синдром стенокардии или ангинозных болей в груди при нормальных артериях эпикарда, по данным ангиографии, называется синдромом X. Причина синдрома X неясна. У некоторых больных отмечается истинная ишемия миокарда, которая распо­знается по увеличению выработки миокардом лактата при нагрузке или кардиостимуляции. Считается, что причиной таких болей могут быть микроваскулярная дисфункция, неадекватный резерв вазодилатации и измененная болевая чувствительность с симпатовагальным дисбалансом («синдром чувствительного сердца») или нарушение моторной функции пищевода. В отличие от обструкции при ишемической болезни сердца синдром X часто встречается у женщин в период пременопаузы и характеризуется хорошим прогнозом (по данным регистра CASS, семилетняя выживаемость составляет 96%), хотя значительно снижает качество жизни больных и в связи с этим требует расходования ресурсов системы здравоохранения. Больным, у которых при помощи неинвазивного функционального исследования диагностируется ишемия при нагрузке, логично назначить нитраты, антагонисты кальция и b-блокаторы, но ответ на проводимую терапию непостоянный. У женщин в постменопаузе может применяться заместительная терапия эстрогенами. Некоторым больным с синдромом X помогает имипрамин (50 мг/день).

6. Опишите дискомфортные ощущения в груди при пролапсе митрального клапана.

Боли в груди при пролапсе митрального клапана могут быть очень похожими на стенокардию, но чаще они атипичны в том смысле, что длятся дольше, не имеют четкой связи с нагрузкой и перемежаются короткими приступами выраженных кинжальных болей на верхушке сердца. Дискомфорт может быть связан с растяжением папиллярных мышц; боль может вызываться нарушениями подвижности стенки сердца или втяжением (по данным вентрикулографии) ее участков, соответствующих основанию этой папиллярной мышцы.

7. Что такое синдром да Коста?

Синдром да Коста (нейроциркуляторная астения) описывается как функциональная или психогенная боль в груди, связанная с повышенной тревожностью. Обычно она локализована на верхушке сердца и характеризуется как тупая постоянная боль, длящаяся часами и перемежающаяся или усиливающаяся приступами острой простреливающей боли продолжительностью 1-2 с, локализованной под маммарной складкой. Такое состояние может возникать на фоне эмоционального напряжения или слабости, плохо соотносится с физической нагрузкой и может сопровождаться болезненностью при пальпации в прекардиальной области. Приступы сопровождаются сердцебиениями, гипервентиляцией, онемением и подергиванием конечностей, глубокими вздохами, головокружением, одышкой, генерализованной слабостью; в анамнезе имеются указания на панические атаки либо другие симптомы эмоциональной нестабильности или депрессии.

8. Что такое синдром Титце?

Этот синдром является вариантом болей в груди, связанных с реберным перихондритом. Неприятные ощущения локализуются в реберно-хрящевых или реберно-грудинных сочленениях, которые становятся болезненными при пальпации. Боли в груди, связанные с костохондритом или миозитом, часто наблюдаются у больных, страдающих кардиофобией.

9. Какие пять факторов важны при лечении стабильной стенокардии напряжения?

1.    Выявление и коррекция состояний, способных провоцировать возникновение стенокардии или ухудшать ее течение, таких как анемия, скрытый тиреотоксикоз, лихорадка, инфекции и тахикардия.

2.    Коррекция факторов риска поражения коронарных сосудов, таких как дислипидемия, гипертензия, табакокурение и диабет.

3.    Обучение больного способам изменения образа жизни (смена работы и активный отдых).

4.    Медикаментозная терапия:

— только аспирин и липидоснижающие препараты обладают доказанной эффективностью в отношении снижения частоты осложнений и смертности при стабильной стенокардии напряжения;

— нитраты, b-блокаторы и антагонисты кальция улучшают переносимость нагрузок и уменьшают выраженность симптомов заболевания, но их влияние на выживаемость не доказано.

5. Реваскуляризация путем ангиопластики (или другими методиками, основанными на применении катетеров) или шунтирующие операции, которые показаны всем больным, резистентным к проводимой оптимальной терапии, и больным с высоким риском осложнений, по данным неинвазивных методик.

Исходное ведение больных с хронической стенокардией напряжения основывается на мнемоническом правиле ABCDE:

А — аспирин и антиангинальная терапия (Aspirine and antianginal therapy).

В — b-блокаторы и артериальное давление (Beta blockers and blood pressure).

С — курение и холестерин (Cigarette smoking and cholesterol).

D — диета и диабет (Diet and diabetes).

Е — обучение и упражнения (Education and exercise).

10. Какова последовательность клинических событий, возникающих при ишемии миокарда? Какая существует корреляция между клиническими проявлениями и дисфункцией левого желудочка после инфаркта миокарда?

Самым первым нарушением после возникновения ишемии миокарда является снижение диастолической податливости сердца, далее возникают локальные нарушения сократительной способности (по эхокардиографии) и изменения сегмента ST на стандарт­ной ЭКГ. После этого у больного появляются боли / чувство дискомфорта, повышается содержание серологических маркеров инфаркта миокарда (миоглобин, сердечные тропонины I и Т, изоэнзимы креатинфосфокиназы). Схематически это можно изобразить таким образом: диастолическая дисфункция > систолическая дисфункция > изменения ST > боль в груди >повышение содержания серологических маркеров ишемии.

Rackley и соавт. продемонстрировали линейную зависимость между клиническими симптомами и степенью потери миокарда при возникновении дисфункции левого желудочка после инфаркта миокарда.

Объем инфаркта 8% от объема левого желудочка — уменьшение диастолической податливости.

>15% от объема левого желудочка — снижение фракции изгнания, увеличение конечно-диастолического давления в левом желудочке (КДДЛЖ) и его конечно-диастолического размера (КДЛЖ).

>25% от объема левого желудочка — клинические признаки сердечной недостаточности,

>40% от объема левого желудочка — кардиогенный шок.

11. Каковы неатеросклеротические причины острого инфаркта миокарда?

1. Поражение коронарных артерий, отличное от атеросклеротического: спазм, расслоение, артерииты, связанные с системными заболеваниями, утолщение стенки при метаболических расстройствах и повреждение артерий, в частности, в результате лучевой терапии.

2. Эмболии коронарных артерий: инфекционный эндокардит, небактериальный тромботический эндокардит, эмболия протезированного клапана, миксомы сердца, пристеночный тромб левого желудочка или левого предсердия, состояния, связанные с аортокоронарным шунтированием или ангиографией.

3. Нарушение соотношения доставка / потребность миокарда: аортальный стеноз, недостаточность аортального клапана, длительная гипотония.

4. Тромбоз in situ: истинная полицитемия, тромбоцитемия, диссеминированное внутрисосудистое свертывание крови (ДВС), тромботическая тромбоцитопеническая пурпура (ТТП) и состояния повышенной свертываемости.

5. Врожденные аномалии коронарных артерий: отхождение левой коронарной артерии от легочного ствола, коронарные артериовенозные фистулы и аневризмы.

6. Прочее: кокаиновая наркомания, сотрясение миокарда, осложнения катетеризации сердца.

12.   Опишите типичные симптомы острого инфаркта миокарда.

Развитию острого инфаркта миокарда может предшествовать продромальное состояние с дискомфортом в области груди в покое или при меньшей нагрузке, чем раньше (нестабильная стенокардия), а также ощущение общего недомогания или выраженной усталости. Классическими проявлениями острого инфаркта являются тупая загру­динная боль, одышка, тошнота, потливость, сердцебиение и страх приближающейся смерти. Боль в груди, как правило, продолжается не менее 15-30 мин и может иррадиировать в руку, челюсть или спину. У пожилых больных часто могут наблюдаться атипичные проявления, такие как одышка, нарушение сознания, головокружение, обморок, боли в животе. Примерно 25% всех инфарктов миокарда являются либо бессимптомными, либо нераспознанными (молчащими).

Общее обследование больного выявляет бледность, потливость, беспокойство и существенное недомогание. Нарушения частоты сердечных сокращений, артериального давления и частоты дыхательных движений могут быть различными в зависимости от локализации и распространенности инфаркта. В течение 4-8 ч после инфаркта может наблюдаться невысокая лихорадка. В некоторых случаях ректальная температура достигает 38°С. При инфаркте правого желудочка и кардиогенном шоке существенно повышается давление в яремных венах. Часто имеется приглушение I тона серд­ца; при дисфункции левого желудочка и/или блокаде левой ножки пучка Гиса может выслушиваться парадоксальное расщепление II тона. При синусовом ритме практически всегда определяется IV сердечный тон. Появление III тона указывает на тяжелую дисфункцию миокарда левого желудочка и сопровождается повышением смертности. Преходящий или постоянный систолический шум может выслушиваться при митральной регургитации из-за дисфункции сосочковых мышц. На второй или третий день почти всегда выслушивается шум трения перикарда.

13. Что такое классы Киллипа?

В 1967 г. Киллип создал прогностическую классификацию острого инфаркта миокарда, основанную на наличии и тяжести хрипов в легких.

Класс I: нет хрипов, III тон сердца отсутствует.

Класс II: хрипы менее чем над 50% поверхности легких, возможно наличие III тона.

Класс III: хрипы не более чем 50% поверхности легких при наличии III тона сердца и отека легких.

Класс IV: кардиогенный шок.

Несмотря на все последние достижения, позволившие уменьшить смертность больных, относящихся к каждому из этих классов, классификация до сих пор остается полезной при сравнении результатов лечения больных инфарктом миокарда.

14. Как рекомендуется проводить лечение больных с острым инфарктом миокарда при элевации сегмента ST больше чем на 0,1 мВ в более чем двух последовательных отведениях?

Рекомендации по лечению больных с острым инфарктом миокарда Американской коллегии кардиологов / Американской ассоциации сердца (рис. 1). Все больные с элевацией сегмента ST должны получать аспирин, b-блокаторы (при отсутствии противопоказаний) и антикоагулянты (особенно если для тромболитической терапии будет использоваться тканевой активатор плазминогена (ТАП)). Показано ли применение гепарина у больных, получающих стрептокиназу (СК), остается неясным (некоторое увеличение риска кровоизлияния в мозг может не быть компенсировано увеличением выживаемости при добавлении гепарина к СК). Больные, доста­вленные в течение 12 ч после возникновения инфаркта миокарда и подходящие для тромболитической терапии, должны быстро получить либо ТАП, либо СК, или же их следует направить на первичную чрескожную транслюминальную коронарную баллонную ангиопластику (ЧТКА). Первичная ЧТКА может быть показана и при абсолютных противопоказаниях к тромболитической терапии. Аортокоронарное шунтирование (АКШ) может быть выполнено в течение первых 6 ч от начала заболевания. Больные, поступившие позднее чем через 12 ч, должны получать указанную выше первоначальную медикаментозную терапию и (в индивидуальном порядке) могут направляться на реперфузионную терапию или получать терапию ингибиторами ангиотензинпревращающего фермента (АПФ), особенно при нарушении функции левого желудочка. (С изменениями по Antman E.M.: Medical Therapy for Acute Coronary Syndromes: An Overview. In CaliflTRM (ed): Atlas of Heart Disorders, vol. VIII. Philadelphia. Current Medicine, 1996).

15. Какое лечение рекомендуется проводить больным с подозрением на инфаркт миокарда без элевации сегмента ST?

Рекомендации по лечению представлены на рис. 2. 


Similar articles

Authors: Михаэль Р. Тамберелла 3-й, Джеймс Дж. Уорнер-младший, Университетская школа медицины Уейк Форест, Баптистский медицинский центр, г. Уинстон-Салем, штат Северная Каролина, Частная Винчестерская клиника кардиологии и внутренних болезней, г. Винчестер, штат Вирджиния, США
"Emergency medicine" 1(20) 2009
Date: 2009.04.28
Categories: Family medicine/Therapy, Medicine of emergency
Синдром Велленса: значимость в повседневной клинической практике (случаи из практики)
Authors: Мовсесянц М.Ю.(1, 2), Миронков А.Б.(2), Цветков Р.С.(2), Мальцев А.В.(2), Калашников С.В.(2), Кисилев Д.Г.(2), Абугов С.А.(1, 3) - (1) Кафедра рентгенэндоваскулярных диагностики и лечения Российской медицинской академии последипломного образования, г. Москва, Россия; (2) ГУЗ «Городская клиническая больница № 12», г. Москва, Россия; (3) ГУ «Российский научный центр хирургии им. акад. Б.В. Петровского РАМН», г. Москва, Россия
"News of medicine and pharmacy" 8 (581) 2016
Date: 2016.09.07
Sections: Specialist manual
Authors: В.В. Никонов, д.м.н., профессор, Е.И. Киношенко, к.м.н. Харьковская медицинская академия последипломного образования
"News of medicine and pharmacy" Кардиология (374) 2011 (тематический номер)
Date: 2011.07.13
Болевой синдром при приступе стенокардии и роль быстродействующих нитратов: взгляд специалиста
Authors: Осовская Н.Ю., доктор медицинских наук, профессор кафедры внутренней медицины № 1 Винницкого национального медицинского университета им. Н.И. Пирогова, г. Винница, Украина
"News of medicine and pharmacy" №3 (685), 2019
Date: 2019.04.02
Categories: Cardiology

Back to issue