Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

"News of medicine and pharmacy" 7(320) 2010

Back to issue

Материнство под угрозой (агрессивный акушерский вандализм)

В 1987 г. в большинстве европейских стран, США и Канаде приняли конвенцию ВОЗ: «500 граммов — жизнеспособный плод в сроке гестации 22–28 недель» Через 10 лет были опубликованы первые результаты принятой конвенции. За 10 лет заболеваемость церебральным параличом (ЦП) значительно выросла, и только через 20 лет этот уровень начал снижаться. В 2000 г. по программе EPIPAGE (в 9 регионах Франции) было обследовано 2364 ребенка (рожденных в сроке гестации от 22 до 32 недель). Из них у 8,2 % детей в возрасте до 2 лет выявлены тяжелые формы ЦП, у 50,3 % диагностированы нетяжелые формы ЦП, судорожные синдромы выявлены у 17,5 %, отклонения в когнитивных функциях — у 24 % детей.

Из этиологических факторов (выявленных по программе EPIPAGE (Франция) ведущей патологией, ставшей причиной преждевременных родов, явилась патология матери (различного генеза), внутриутробная гипоксия, инфекции, антифосфолипидный синдром, анамнестические выкидыши, многолетнее бесплодие и реже интранатальная травма.
Анализ ситуации с ЦП у детей в Украине показал, что начиная с 2007 г. отмечается рост заболеваемости во всех областях и ее уровень колеблется от 2,2 до 3,9 на 1000 родившихся (ранее он был от 1,2 до 2,5 на 1000), при этом ЦП значительно чаще диагностируется у детей с малой массой тела и преждевременно родившихся. Но, к глубокому сожалению, родовая травма достигает 27–30 % и более и диагностируется у детей с нормальным гестационным возрастом и массой тела. Вместе с тем уровень микро- и мак­роаномалий ЦНС, нередко сочетающихся с аномалиями сердца и других органов, значительно вырос и диагностируется на I и II этапах выхаживания младенцев.
Публикуя данную статью автора из г. Перми (Россия), мы не хотели привлечь внимание акушеров-гинекологов и бросить тень на отечественную службу, нет! Наша цель другая — привлечь внимание областных и городских детских неврологов, главных врачей детских больниц (любого уровня), администрации областных управлений здраво­охранения к развитию неонатальной и детской неврологии. Не секрет, что в Украине последипломное образование на уровне ТУ и ПАЦ — одно из лучших в Европе, и это подтвердил Международный конгресс детских неврологов (Киев, 2009). Но это касается переподготовки, а не первичной специализации и интернатуры по детской неврологии. Интернатуры и резидентуры по детской неврологии в Украине нет, а специализация предусматривает подготовку детских неврологов из врачей, закончивших педиатрический факультет.
Направленность реформирования нашего здраво­охранения с акцентом на семейного врача — это, без сомнения, перспективно. Но нужно 10–15 лет, чтобы такая система дала положительную отдачу. Нельзя прекратить полностью подготовку детских неврологов. 
Паллиативный временный выход из создавшегося положения:
1. На педиатрических факультетах надо преподавать детскую неврологию, а не обучать студентов ведению больных с инсультами и радикулитами на студенческих кафедрах, специализирующихся по взрослой неврологии.
2. Предложить некоторым доцентам и ассистентам на кафедрах педиатрии пройти специализацию по детской неврологии и далее на базе педиатрических отделений вести педагогический процесс для педиатров.
3. В интернатуре по педиатрии и семейной медицине выделить большее количество учебных часов для обучения на базе детских неврологических отделений или на кафедре детской неврологии ФПО.
Необходимо смотреть в будущее. Ведь главная задача и семейного врача, и педиатра — заподозрить, выявить заболевание и направить диагностику и лечение в правильное русло. Ведь, по современной концепции, узкие специалисты становятся консультантами.
Вот какие мысли вызвала у нас публикуемая ниже статья из России.
Профессор С.К. Евтушенко, зав. кафедрой детской и общей неврологии ФИПО, Донецкий национальный медицинский университет им. М. Горького
 

Я — представитель самой консервативной отрасли медицины (врачевания), если к таковой можно отнести акушерство. Как же случилось, что на рубеже нового тысячелетия, следуя прогрессу и научным «открытиям», цивилизация сделала роды опасными?

Акушерство, особенно отечественное, обвиняли в отсталости. По сути, оно и есть первобытно-природное. Все течет. А женщина все рожает по старинке, не спеша, через тот же таз (родовой канал), все по прежним биомеханическим законам, заложенным природой. Ничего нельзя изменить. Спешить в родах всегда было и будет противо­естественно и противозаконно, согласно матери-Природе — крайне опасно. Головка ребенка как объект родов, с ее эволюционно-приспособительными особенностями — наличие швов и родничков, не выдержит ускорения (прогресса) родов, она просто «сломается». Почему акушеры спокойно констатируют, что продолжительность родов за столетие сократилась вдвое? Это зловещее предзнаменование. Возрос вдвое родовой травматизм матери и новорожденного (рвется промежность, шейка, ломаются ключицы, кости черепа). Перинатальная смертность незначительно снизилась, однако больными сейчас рождается 2/3 детей, и не только с аномалиями соматических органов, но и с интранатальным поражением (в родах) центральной нервной системы гипоксически-травматического генеза или внутри­утробной и внутрибольничной инфекцией, глубокой недоношенностью. С 1993 года в РФ обозначился отрицательный демографический потенциал — смертность превышает рождаемость, нет даже малейшей тенденции к возрастанию народонаселения.

Стараются все, в том числе правительство, внося новые прогрессивные законы, увеличивая материальные затраты, вводя систему родовых сертификатов. Пытаются улучшить систему дородового наблюдения в женских консультациях. Ежегодно проходят симпозиумы, конференции, посвященные научно-практическим вопросам актуального «патологического» акушерства. Спорят, какая система надежней — роды высокого риска в стационаре или естественные роды дома, в бассейне. Доказывают преимущества альтернативной дородовой подготовки. Население тоже просыпается, женщины хотят стать матерями, и мужчины стараются изо всех сил. Трогательная забота семьи направлена на вынашивание беременности и благоприятный исход родов. Изучается прогрессивный опыт развитых стран, достигших значительных успехов в системе родовспоможения. Нас обучают американцы в совместном российско-американском проекте «Мать и дитя», вручают нам звание «Роддома, доброжелательного к ребенку», в стационаре практикуются «групповые» роды в кругу семьи, поощряется естественное вскармливание, совместное пребывание матери и ребенка, ранняя выписка из стационара, ВОЗ шлет нам свои директивы… «Все смешалось в доме Облонских…»

Но, собираясь на роды как на праздник, все забыли, что роды — это непроизвольный естественный акт (простите, как дефекация). Роды — это очень тяжелая работа как для роженицы и ее рождающегося ребенка (прежде всего), так и для всех участников этого физиологического акта, происходящего не по воле врача, я хочу особо подчеркнуть его скромную роль, а по воле могущественной Природы. Выбор альтернативы сценария родов принадлежит не врачу и не рожающей женщине. Процесс родов происходит естественно. И как высказался один врач: «Предложение женщине самой выбрать способ родоразрешения носит привкус предательства». Что знает она, «первородка», о рождении, какие подводные камни ее подстерегают, порой и врач не предполагает. Поэтому в акушерстве не должно существовать системы подписей под согласием и ответственность всегда должен взять на себя врач. Поэтому и не каждый врач способен стать акушером-гинекологом.

Почему каждый, работающий в акушерстве, не «слышит» тело женщины, беспристрастно пытается «улучшить» веками отработанный механизм природы? Кто позволил бесцеремонно вмешиваться: готовить шейку для созревания, вскрывать плодный пузырь и тем самым нарушить тончайший механизм подготовки родовых путей? Стоит только начать «согласно принятому в родовспомогательном учреждении протоколу» — вскрыть плодный пузырь, как нарушается механизм родовой схватки, она может стать судорожной, частой или исчезнуть, быть непродуктивной. За этим противозаконным актом последует стимуляция окситоцином, простагландинами, а это такие сверхсильные утеротоники, которые приведут к неконтролируемой схватке, нарушению сердцебиения плода (ди­стресс), ускорят роды. Активная фаза резко укоротится, ребенок начнет продвигаться через неподготовленные родовые пути, разрывая при этом мышцы и связки, нарушится механизм вращения его (биомеханизм) и в конце концов травмируется головка или ключицы и ручки ребенка. Врач и акушерка знают обо всем этом, но наступает состояние транса, когда хочется, чтобы этот мучитель уже скорее прорвался через вульварное кольцо. «Давай! Давай!» — кричит акушерка. «Давай!» — вторит врач, надавливая на мышцы, сгибая колени и бедра с неимоверной силой. И тут, на высоте потуги (все кричат!), рождается с криком ребенок.

На первой минуте нужно в соответствии с непонятно откуда взявшимся «протоколом» быстро ввести 10 ЕД окситоцина (сократить матку и отделить послед). Почему нужна такая прямо-таки космическая скорость? Женщина на это неохотно, ничего не понимая, соглашается, а порой ее согласия и не спрашивают. Тотчас рассечь эту пуповину между зажимами: «Хватит, попил кровушки!» Отправив ребенка на грудь матери, акушерка хватает за отрезок пуповины и начинает тянуть — КТП (не дожидаясь хоть каких бы то ни было признаков того, что послед отделился, она яростно и настойчиво тянет за пуповинный конец). Процедура эта во все времена была запрещена (пока не появятся признаки отделения последа). Начинает подтекать кровь (не водица). И наконец, к 4–5-й минуте послед уже «вырывают».

Итог «протокольных родов»:
— 40 % — ускорение родов амниотомией и окситоцином;
— до 30 % — оперативные роды (кесарево сечение), причем в большинстве своем — ввиду начала страдания плода (дистресс);
— 98 % — активное ведение третьего периода родов (окситоцин);
— до 7 % массивных (более 1 литра) акушерских кровотечений, требующих массивной инфузионно-трансфузионной терапии в условиях реанимации и даже оперативного удаления матки.

Ввиду акушерской агрессии — высокий родовой травматизм, высокая гнойно-септическая заболеваемость родильниц и новорожденных — завоевания цивилизации XXI века в акушерстве!

Все закончено, до следующего раза. Сложно сказать, захочет ли женщина испытать все это повторно. Как ее малыш да и она сама справятся с этой травмой родов? Захочет ли муж увидеть свою жену растерзанной еще раз?

Возможно, лучше не подвергать ее, молодую здоровую женщину, такой опасности, какой являются современные роды? В конце концов, есть оперативные роды — кесарево сечение. Жена конгрессмена Кеннеди 13 раз родила путем кесарева сечения. Можно в современном, таком неустойчивом мире прожить и без детей, потомство тоже бывает разное. Современные ученые, А. Менегетти например (1993), считают, что ограничение материнства связано с необходимостью самореализации женщины как личности. Оказывается, не только социальная адаптация, институт брака, но и врачи сейчас диктуют женщине — иметь или не иметь ребенка. Добавим еще современные методы гормональной контрацепции среди молодых, нерожавших женщин. Это ведь рекомендации врачей-специалистов (для безопасного от беременности секса).

Да, в современном мире материнство вдруг стало альтернативой, на которую идет женщина как на непозволительную роскошь.

 

Иллюстрация

Роженица Б.Т.П., 37 лет. Роды 2-е, в 41–42 нед. беременности. Отягощенный акушерский анамнез. Первые роды состоялись 2 года назад: ввиду насильственного выделения последа (активная тактика) осложнились послеродовым кровотечением, ручным обследованием полости матки, при котором удалена доля плаценты.

Вторые роды протекали 7 часов на фоне прежде­временного отхождения вод. Очень не хотела, чтобы все повторилось, не хотела соглашаться на «активное» ведение (по сути, выдирание последа) третьего периода, но ее никто об этом не спросил. Ребенок родился без асфиксии. Тотчас было введено 10 ЕД окситоцина, на фоне которого проводились тракции за пуповину — на протяжении 15 и далее еще 10 мин. Плаценту вывести не удалось. Приглашен анестезиолог, дан внутривенный наркоз. И через 25 мин после рождения ребенка удален без затруднений послед, располагавшийся уже не в матке, а во влагалище. Жидкой крови 500 мл. Вслед за этим во влагалище была найдена матка, вывернутая наизнанку, как перчатка, внутренней поверхностью наружу — «выворот матки». У родильницы был болевой и геморрагический шок. АД 90/60 мм рт.ст., пульс 100 уд/мин. Общая кровопотеря (при допустимой 380,0 мл) составила 2500,0 мл. Внутривенно вводились утеротоники: 20 ЕД окситоцина, МЭБ по 1,0 мл № 3. Произведено несколько последовательных операций продолжительностью 1 ч. 45 мин: перевязка маточных сосудов, перевязка магистральных сосудов и, наконец, ввиду неэффективности — надвлагалищная ампутация матки. Перелито более 5000,0 мл жидкости, из них 1000,0 мл донорской крови и около 800,0 мл плазмы. На третьи сутки родильница с ребенком была готова покинуть роддом.

 

Руководство к действию

Для тех, кто обладает не только разумом, но и сердцем.

1. Рождение человека является основным законом Природы, и изменить течение родов нельзя.

2. Альтернативой естественных родов у человека может быть только кесарево сечение.

3. Любой врач, акушерка, государство в целом может совершенствовать акушерский «уход», т.е. улучшать качество ведения беременности и родов (включая отдельную родовую палату, новейшее оборудование, отдельную акушерку и индивидуального врача).

4. Но ни один врач, включая руководство родо­вспомогательного учреждения, управление и министерство здравоохранения, не имеет права отклоняться от естественного течения родов, ускорять их, замедлять течение родового процесса, производить преждевременное и раннее вскрытие плодного пузыря, стимулировать схватки, проводить родовызывание, родоусиление, назначать с целью стимуляции родовой деятельности окситоцин, простагландины и другие утеротонические средства.

5. Любое вмешательство в течение физио­логической беременности и естественных родов (фармакологическое, механическое) должно рассматриваться как нарушение человеческих законов рождения.

6. Ни один руководитель, министр, руководящий специалист в области акушерства и гинекологии не вправе отдать приказ об изменении закона течения естественных родов. Существование местных и государственных инструкций по ведению беременности и родов, «протоколов», нарушающих естественное течение родов, незаконно.

7. Требование согласия женщины на изменение тактики родов: родовызывание, вскрытие плодного пузыря, применение окситоцина с целью усиления родов, активное ведение 3-го периода родов (противоестественное введение окситоцина сразу после рождения ребенка) — является незаконным, и акт согласия женщины не имеет юридической силы, так как нарушается не свод гражданских законов, а основной закон Природы рождения человека.

8. Все эти попытки медицины защититься от несчастного случая не касаются акушерства, когда нарушается основной закон Природы рождения человека. Акушерство не медицина, это служение.

9. Родовспомогательное учреждение, систематически нарушающее законы деторождения, должно лишаться лицензии на право оказания акушерской помощи.

10. ВОЗовские программы, проекты «Мать и дитя» создаются на разных уровнях, для различных стран и преследуют разные цели. Нельзя предавать забвению многовековой опыт, в том числе и отечественного акушерства.

Агрессивному вандализму не место в родовспоможении, феномен насилия не должен господствовать на территории акушерства, являющегося основой поддержания жизни.

Н.В. Старцева г. Пермь, Россия

Доклад на IV Международном конгрессе «Молодое поколение ХХI века: актуальные проблемы социально-психологического здоровья», 22–24 сентября 2009 года, г. Киров


Similar articles

Authors: А.З. Хашукоева, З.З. Хашукоева, М.И. Ибрагимова, М.В. Бурденко, Российский государственный медицинский университет, г. Москва
"Emergency medicine" 6(19) 2008
Date: 2009.03.25
Categories: Family medicine/Therapy, Medicine of emergency

Back to issue