Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

"News of medicine and pharmacy" 3 (353) 2011

Back to issue

Волшебная палочка с ограниченными возможностями


Summary

Народные сказки, как правило, не содержат в себе объяснение происхождения неисчерпаемого потенциала волшебной палочки. Он предстает в них как нечто незыблемое, раз и навсегда установленное. И если попытаться сопоставить его с лечебно-оздоровительным потенциалом вполне реального городского детского противотуберкулезного санатория «Здоровье» № 6 (г. Донецк), то такое сопоставление окажется явно не в пользу последнего. Потому что жизнеутверждающий потенциал волшебной палочки определяется в произведениях фольклора исключительно желанием ее владельца, а потенциал как названного, так и других детских лечебно-профилактических учреждений реализуется в строго очерченных рамках требований великого множества самых разнообразных документов нормативно-правового характера. И, к сожалению, нередко случается так, что эти требования приходят в противоречие с еще более жесткими требованиями повседневной лечебной практики. О возможных путях законодательного урегулирования некоторых из таких противоречий — в интервью с главным врачом названного медицинского учреждения А.Н. Степаненко.

— Будничная работа специалистов и сотрудников нашего санатория, — говорит Александр Николаевич, — направлена на то, чтобы охватить процессом диагностики, лечения и оздоровления как можно больше детей дошкольного возраста из туберкулезных очагов — именно той социальной среды, на долю которой, согласно данным медицинской статистики, в Украине приходится 98 % зарегистрированных случаев появления детского туберкулеза. Есть и датированный 15.01.2004 г. Приказ управления здравоохранения Донецкой облгосадминистрации № 3 «Про посилення протитуберкульозних заходів та впровадження алгоритмів з діагностики та профілактики туберкульозу серед дітей», в соответствии с которым все без исключения дошкольники из туберкулезных очагов должны проходить ежегодный курс лечения в специализированных санаториях. Реальность же такова, что действительное положение дел в этой сфере резко контрастирует с желаемым.

Достаточно сказать, что в настоящее время среди пациентов нашего детского противотуберкулезного санатория резко превалируют представители группы риска по туберкулезу: вираж туберкулиновой реакции, инфицирование МБТ, сопутствующая патология, составляющие примерно 60 % от их общего числа. А вот мальчишек и девчонок из туберкулезных очагов намного меньше — всего 40 %. Объясняется это только одним: как правило, дети из этой крайне неблагоприятной социальной среды получают амбулаторное (но никак не санаторное!) лечение, не будучи от нее изолированными. Так о какой же эффективности лечения можно при этом вести речь?

Присмотримся к данному обстоятельству более внимательно: на профилактическое лечение детей из туберкулезных очагов противотуберкулезными препаратами государство ежегодно расходует значительные бюджетные средства, однако предпринимаемые им усилия нередко сходят на нет лишь потому, что родители и опекуны этих детей в силу определенных причин не считают целесообразным давать согласие на то, чтобы поместить их в специализированное лечебно-профилактическое учреждение. И потому я разделяю точку зрения многих своих коллег, убежденных в безотлагательной необходимости внесения таких изменений в действующее законодательство, которые позволяли бы в принудительном порядке изолировать детей, особенно ранимого дошкольного возраста, из туберкулезных очагов и пролечивать их в санаториях, аналогичных нашему.

Возможно, кому-то из читающих эти строки предлагаемая мера покажется слишком строгой. Но не будем забывать о том, что сегодня мы живем и работаем в условиях продолжающейся эпидемии детского туберкулеза, то есть в таких условиях, когда угроза здоровью новых поколений очень и очень велика. Другими словами, мы живем и работаем в условиях чрезвычайной ситуации общегосударственного масштаба, и для ее преодоления вполне могут быть применены меры, не пользующиеся популярностью у той или иной части населения.

— Александр Николаевич, как известно, второй этап лечения туберкулеза (после получения основного курса лечения в туберкулезном стационаре) может затягиваться вплоть до полной стабилизации процесса, то есть до полугода. Как это согласуется с тенденцией к сокращению сроков пребывания пациентов в стационарных медицинских учреждениях Украины, в том числе, конечно, и в вашем детском противотуберкулезном санатории?

— Здесь мы сталкиваемся с еще одним противоречием, настойчиво требующим своего законодательного урегулирования. В условиях оптимизации и жесткой экономии в отечественной системе здравоохранения призывы к сокращению названных сроков слышатся буквально на каждом шагу. Практика же показывает, что такое сокращение нередко приводит к заметному ухудшению качества лечения наших маленьких пациентов, создает реальную угрозу перехода малых или затихающих форм туберкулеза в рецидивирующие, с серьезными осложнениями.

В связи с этим мне хотелось бы напомнить одну старую истину, в наши дни, к сожалению, основательно подзабытую: в структуре лечения детского туберкулеза санаторное звено по степени своей значимости не имеет аналогов. Это значит, что любые отклонения от требований лечебного процесса, допущенные на этом этапе, представляют для здоровья пациента повышенную опасность.

Учитывая это, я полагаю, что тенденция, о которой вы упомянули, не должна распространяться на детские противотуберкулезные санатории. Как скоро эта необходимость обретет форму нормы закона, покажет время.

— Наше специализированное медицинское учреждение, — вступает в разговор заведующая лечебной частью санатория Валерия Владимировна Пономарева, — рассчитано на 100 коек одномоментного пребывания детей дошкольного возраста из всех городов и сельских районов Донецкой области, или более чем на 500 детей, если брать в целом за год. На основании опыта своей работы могу утверждать, что для столь населенного региона, как наш, этого очень и очень мало. Так, по данным за 2009 г., в нашем санатории было оздоровлено лишь 2 % от общего количества нуждающихся в этом детей из группы риска по туберкулезу. Не произошло каких-либо кардинальных изменений в этом плане и в минувшем 2010 году. Специализированные же санаторные группы, существующие при некоторых детских дошкольных учреждениях области, в силу известных причин не могут быть поставлены в один ряд с нашим санаторием по вопросам качества профилактического специализированного лечения и оздоровления.

Как видим, естественный ход событий ставит перед нами вопрос о расширении санатория, которое, в свою очередь, просто не может быть осуществлено без увеличения количества коек, а если говорить по большому счету — то без строительства еще одного лечебного корпуса. Спонсорские средства незначительны в сравнении с потребностями, а у государства, как нетрудно догадаться, средств на решение проблем профилактики детского туберкулеза нет. В итоге же страдают больные дети.

Соблюдение этого и других названных Александром Николаевичем ограничений приводит к тому, что лечебно-оздоровительный потенциал нашего детского противотуберкулезного санатория реализуется значительно ниже своих действительных возможностей. А ведь он, помимо многого другого, включает в себя рентгенологическую и физиотерапевтическую службы, современную клинико-диагностическую лабораторию, аэрофитотерапию, спелеотерапию, многофункциональный массажный комплекс «Нуга-Бест» иностранного производства, бассейн, площадки для водно-воздушных процедур и спортивно-развлекательный комплекс. К этому следует добавить семиразовое высококалорийное питание, соответствующее нормативам туберкулезного профиля, и полномасштабное обеспечение противотуберкулезными препаратами для специфического лечения. Другими словами, в нашем санатории созданы все условия для специфического лечения и оздоровления маленьких пациентов.

Образно говоря, сегодня этот потенциал представляет собой волшебную палочку с резко ограниченными возможностями. К слову, ни один из наших малолетних подопечных никогда не поймет, что это такое. Потому что в его представлении для волшебной палочки ничего невозможного нет.

— Александр Николаевич, в последнее время интенсивно муссируется мнение о необходимости отказа от проведения туберкулинодиагностики и внедрения в отечественную медицинскую практику альтернативных методов. Более того, в данном направлении, как известно, предпринимаются вполне конкретные шаги. Какой точки зрения придерживаетесь Вы?

— К числу неоспоримых преимуществ туберкулинодиагностики, на протяжении многих десятилетий находивших свое подтверждение в профессиональной деятельности специалистов многих государств мира, следует безоговорочно отнести, во-первых, высокую степень достоверности, а во-вторых — сравнительную дешевизну.

Что же касается альтернативных методов диагностики туберкулеза, широко практикуемых в настоящее время в государствах Западной Европы, то, на мой взгляд, их внедрение в Украине может быть осуществлено лишь в течение довольно продолжительного периода времени и благодаря очень большим капитальным вложениям. А вот время-то как раз таки и не ждет.

Нынешняя ситуация с детским туберкулезом в нашей стране предъявляет исключительно высокие требования ко всему связанному с диагностикой этого заболевания, в том числе и к доступности того или иного диагностического метода для жителей отдаленных городов и районов. И в этом отношении достойной альтернативы туберкулинодиагностике в нашей стране пока что нет. С учетом же того, что во многие отдаленные города и районы и нашей Донецкой области, и других регионов Украины поставки туберкулина осуществляются с большими перебоями, в деле диагностики детского туберкулеза на ранней стадии многократно возрастает роль таких специализированных лечебно-профилактических учреждений, как наш детский противотуберкулезный санаторий. Он, как нетрудно убедиться, располагает современной материально-технической базой, квалифицированными специалистами с многолетним опытом работы, требуемыми материалами, то есть практически всем необходимым для проведения туберкулинодиагностики на высоком профессиональном уровне. И что весьма существенно — географически находится гораздо ближе к страдающим туберкулезом детям дошкольного возраста, чем, скажем, расположенные в Киеве или Харькове единичные лаборатории, в которых выполняется диаскинтест.

Я убежден в том, что время для отмены туберкулинодиагностики еще не пришло, и в том, что повсеместное внедрение альтернативных ей методов диагностики следует осуществлять в эпидемически благополучные годы, но никак не в период эпидемии. Наверное, это также следует закрепить на законодательном уровне. Известно ведь: коней на переправе не меняют.

Вел интервью Олег Гнатко


Similar articles

Authors: В.В. Косарев, С.А. Бабанов, ГОУ ВПО «Самарский государственный медицинский университет»
"News of medicine and pharmacy" Пульмонология (344) 2010 (тематический номер)
Date: 2011.01.18
Санаторно-курортный потенциал в лечении больных на разных стадиях хронической болезни почек
Authors: Слободян Е.И. - ГУ «Крымский государственный медицинский университет имени С.И. Георгиевского», г. Симферополь
"Child`s Health" 1 (52) 2014
Date: 2014.04.03
Categories: Nephrology, Pediatrics/Neonatology
Sections: Clinical researches
The combination of abdominal and Intrathoracic tuberculosis in a young child
Authors: Суханова Л.А., Сиренко И.А., Марченко О.Ю., Твердохлеб Т.А., Поляков В.В., Левченко Е.А., Калиновская В.В.
Харьковская медицинская академия последипломного образования, г. Харьков, Украина

"Child`s Health" Том 12, №2.1, 2017
Date: 2017.06.02
Categories: Pediatrics/Neonatology
Sections: Specialist manual

Back to issue