Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.









International neurological journal 4(8) 2006

Back to issue

Купирование патологического влечения к алкоголю Топилепсином

Authors: А.И. Минко, д.м.н., Институт неврологии, психиатрии и наркологии АМН Украины

Categories: Neurology

Sections: Clinical researches

print version

В наркологической практике антиконвульсанты достаточно давно используются для купирования синдрома отмены алкоголя, патологического влечения к алкоголю, профилактики судорожных пароксизмов, поскольку имеются данные о сходных механизмах формирования пароксизмальной активности головного мозга и патологического влечения [1-5].

В настоящее время принято считать, что в механизмах формирования алкогольной зависимости принимают участие несколько систем нейромедиаторной регуляции головного мозга: дофаминовая, опиоидная, серотонинергическая, ГАМКергическая [6-7].

Так, принято считать, что дофаминергические пути, которые проходят через вентральную покрышку мозга до n.accumbens и до коры, опосредуют передачу эффектов алкогольного «вознаграждения» (включая воздержание) и определяют склонность к злоупотреблению алкоголем. Прием алкоголя, снижая активность рецепторов γ-аминомасляной кислоты в вентральной области покрышки мозга, снимает блокаду вызываемой γ-аминомасляной кислотой тонического ингибирования дофаминовых нейронов вентральной области покрышки мозга и облегчает нейротрансмиссию дофамина. Глутаминергические пути из гиппокампа и коры модулируют активность γ-аминомасляной кислоты в среднем мозге. Следовательно, можно предположить, что у хронических алкоголиков может быть больше мест связывания глутамата в мозге, чем у людей, не страдающих алкогольной зависимостью, включая тех из них, у кого в гиппокампе имеются места связывания α-амино-3-гидрокси-5-метилизоксазол-4-пропионовой кислоты и каината; эффекта, который мог бы привести к облегчению нейротрансмиссии дофамина в среднем мозге. Топирамат — производное фруктопиранозы, соль сульфаматовой кислоты, облегчает взаимодействие γ-аминомасляной кислоты через небензодиазепиновые места связывания с рецепторами γ- аминомасляной кислоты типа А и, следовательно, уменьшает экстрацеллюлярное высвобождение дофамина в среднем мозге, подавляет взаимодействие глутамата с рецепторами α-амино-3-гидрокси-5-метилизоксазол-4-пропионовой кислоты и каината [8-9].

Имеется исследование об эффективности топирамата в лечении алкогольной зависимости, так как он снижает активность дофамина в мезокортиколимбической системе после приема алкоголя и предотвращает хронические изменения рецепторов α-амино-3-гидрокси-5-метилизоксазол-4-пропионовой кислоты и каината, вызываемых алкоголем [10].

Целью нашей работы было изучение терапевтической эффективности отечественного препарата Топилепсин (топирамат) при купировании патологического влечения к алкоголю (ПВА) в структуре синдрома его отмены, постабстинентном состоянии и в период формирования ремиссии.

В качестве терапевтической мишени избран симптомокомплекс ПВА как стержневой синдром алкогольной зависимости [1].

Материал и методы исследования

Обследовано и пролечено 15 мужчин с синдромом алкогольной зависимости. Возраст больных составил от 16 до 40 лет, средний возраст — 24,47 ± 1,60 года. Длительность заболевания колебалась от 1 до 15 лет, средняя длительность — 5,40 ± 1,18 года. Начало алкоголизации происходило в возрасте от 15 до 36 лет. Средний возраст начала злоупотребления составил 19,13 ± 1,48 года.

Наличие синдрома зависимости от алкоголя подтверждалось наличием у обследованных пациентов следующих проявлений: патологическое влечение к алкоголю, утрата количественного контроля, синдром отмены, максимальная толерантность, анозогнозия, утрата альтернативных интересов. Оценка выраженности синдрома отмены алкоголя проводилась с помощью шкалы CIWA-ar [11]. У больных отмечались гипергидроз, тремор, колебания артериального давления, тахикардия, расстройство сна, тревога.

Выраженность ПВА оценивали по шкале Чередниченко—Альтшулера [12].

Полученные данные подвергались статистической обработке.

Топилепсин (топирамат) назначался в виде единственного патогенетического средства в комплексную терапию синдрома отмены алкоголя (натрия тиосульфат, пирацетам, витамин В1, пирроксан) с первого дня лечения. При выраженности синдрома отмены более 40 баллов дополнительно назначались бензодиазепины, а инфузионная дезинтоксикационная терапия длилась на 2-3 дня дольше обычного. Доза Топилепсина составляла 50 мг в сутки в один вечерний прием. С 10-го дня проводилась монотерапия Топилепсином в той же дозировке. Обследование проводилось в 1, 3, 7, 14 и 30-й дни лечения.

Полученные результаты

Средние значения и динамика выраженности проявлений синдрома отмены алкоголя в процессе его купирования представлены в табл. 1 и на рис. 1.

При первом исследовании отмечалась наибольшая выраженность таких симптомов, как гипергидроз, тремор, тревога, тошнота, головная боль. При повторных исследованиях обращает на себя внимание статистически достоверное уменьшение выраженности указанных проявлений синдрома отмены. Корреляционный анализ (табл. 2) показал тесную связь выраженности тремора с такими проявлениями синдрома отмены, как гипергидроз (r = 0,84) и тревога (r = 0,75). Оказалось также, что чем больше выраженность тошноты, тремора, гипергидроза и тревоги до начала лечения, тем меньше тактильных, зрительных и слуховых расстройств отмечается в динамике исследования. Кроме того, интересен факт нарастания коррелятивности симптомов от первого к третьему исследованию.

Средние значения и динамика выраженности симптомов ПВА в процессе лечения с использованием Топилепсина представлены в табл. 3 и на рис. 2. Наибольшая выраженность ПВА до лечения проявлялась аффективными (9,4 ± 0,34 балла) и вегетативными (6,53 ± 0,13 балла) составляющими, а именно субдепрессией, тревогой, дисфорией, алкогольными сновидениями, отсутствием аппетита.

Идеаторный компонент, выражающий прежде всего степень азогнозии, составил 5,13 ± 0,34 балла.

Через 3 дня применения Топилепсина имело место достоверное снижение уровня тревоги и дисфории, улучшение сна, более критичное отношение к алкогольным сновидениям, что сопровождалось появлением адекватной оценки проводимого лечения. На 7-й день исследования достоверно нормализовались настроение и сон, снизилась тревога.

Исследование в постабстинентном состоянии (14-й день) и в период формирования терапевтической ремиссии (30-й день) подтвердило стабильность психофизиологического состояния пациентов, практическое отсутствие субъективных и объективных проявлений ПВА, факт воздержания от употребления алкоголя.

Применение Топилепсина у 2 больных сопровождалось головокружением и нарушением координации. Один больной выбыл из исследования на 20-й день вследствие возобновления употребления алкоголя и отказа от дальнейшего лечения.

Таким образом, Топилепсин оказывал противотревожное, нормотимическое действие и позитивное влияние на инсомнические расстройства в структуре ПВА, т.е. прежде всего на аффективный и вегетативный его компоненты. Необходимо также отметить значительное положительное влияние Топилепсина на соматоневрологические проявления синдрома отмены алкоголя — гипергидроз, тремор, головную боль, тошноту.

Настоящее исследование явилось первым отечественным опытом применения Топилепсина в лечении синдрома отмены алкоголя и купировании ПВА. Представляется целесообразным провести дальнейшие исследования и сравнить эффективность Топилепсина с «золотым стандартом» карбамазепином в купировании ПВА и синдрома отмены алкоголя.


Bibliography

1. Руководство по наркологии / Под ред. Н.Н. Иванца. — М.: Мед­практика-М, 2002. — Т. 1. — 444 с.

2. Johnson B.A, Ait-Daoud N. Neuropharmacological treatments for alcoholism: scientific basis and clinical findings // Psychopharmacology. — 2000; 149: 327-44.

3. Тешнер К-Л. Применение карбамазепина в лечении синдрома алкогольной отмены // Pharmedicum. — 1996. — №1. — С. 21-22.

4. Минко А.И. Монотерапия синдрома отмены алкоголя пролонгированным карбамазепином (финлепсин-ретардом) // Український вісник психоневрології. — Харьков, 2000. — Т.8. — Вып. 3(25). — С. 44-45.

5. Винникова М.А., Агибалова Т.В., Гуревич Г.Л и соавт. Использование ломатриджина в терапии больных с алкогольной зависимостью: результаты сравнительного исследования // Психиатрия и психофармакотерапия, 2004. — Т. 6. — №5.

6. Фридман Л.С., Флеминг Н.Ф., Робертс Д.Х., Хайман С.Е. Наркология: Пер. с англ. — М. — СПб.: Издательство БИНОМ — Невский Диалект, 1998. — 318 с.

7. Анохина И.П., Балашов А.М., Коган Б.М., Панченко Л.Ф. Роль опиатной системы в механизмах формирования алкогольной зависимости // Вопросы наркологии. — №3. — М.: Медицина, 1989. — С. 3-4.

8. Skadski S., White H.S. Topiramate blocks kainite-evoked cobalt influx into cultured neurons // Epilepsia. — 2000. — Suppl. 41. — S. 45-47.

9. Garnett WR. Clinical pharmacology of topiramate: a review // Epilepsia. — 2000. — Suppl. 41. — S. 61-65.

10. Johnson B.A. et al. Топирамат (ТОПАМАКС) в лечении алкогольной зависимости: рандомизированное контролируемое исследование // Lancet. — 2003; 361: 1677-85.

11. Sullivan J.T., Sykora K., Schneiderman J., Naranjo C.A., Sellers E.M. Assessment of alcohol withdrawal: the revised clinical institute withdrawal assessment for alcohol scale (CIWA-Ar) // Br.J.Addict. — 1989; 84: 1353-57.

12. Чередниченко Н.В., Альтшулер В.Б. Количественная оценка структуры и динамики патологического влечения к алкоголю у больных алкоголизмом // Вопросы наркологии. — М., 1992. — №3-4. — С. 14-17.

Similar articles

Authors: А.И. Минко, И.В. Линский, В.Н. Кузьминов, Е.С. Самойлова, В.В. Голощапов, К.А. Артемчук. Институт неврологии, психиатрии и наркологии АМН Украины, г. Харьков
"News of medicine and pharmacy" 5(311) 2010
Date: 2010.08.04
Authors: А.И. Минко, И.В. Линский, ГУ «Институт неврологии, психиатрии и наркологии АМН Украины»
"News of medicine and pharmacy" 15(335) 2010
Date: 2010.09.27

Back to issue