Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.


Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

 

International neurological journal 3(7) 2006

Back to issue

Клинико-физиологический анализ неврологических расстройств у больных c героиновой зависимостью

Authors: Ш.Б. Гафуров, Кафедра неврологии ТашИУВ, МСЧ ТТЗ, неврологическое отделение, г. Ташкент, Республика Узбекистан

Categories: Neurology

Sections: Specialist manual

print version

Актуальность проблем, связанных с наркотической зависимостью, диктует необходимость всестороннего исследования как причин и механизмов развития наркоманий, так и последствий хронического употребления наркотиков для организма в целом и для нервной системы в частности [6]. Анализ и учет неврологических последствий хронической интоксикации наркотиками особенно важны для правильной организации медицинской и психосоциальной помощи больным на этапах реабилитации [1, 2, 4]. К сожалению, исследований по этой проблеме крайне мало, полученные результаты разноречивы, и многие вопросы, касающиеся состояния головного мозга при героиновой наркомании, остаются плохо изученными [3, 5, 7-9].

Учитывая изложенное, нами проведено детальное клинико-параклиническое обследование 28 пациентов-мужчин в возрасте от 19 до 32 лет, страдающих героиновой наркоманией. Исследования проводились после купирования острого абстинентного синдрома, в состоянии вынужденной ремиссии, обусловленной насильственной депривацией героина (изоляция и надзор). При этом неврологическое обследование начиналось спустя 1 неделю после снятия абстиненции. Катамнестические наблюдения продолжались до двух лет. Тщательно изучался неврологический статус, исследовалось состояние вегетативной нервной системы по традиционной схеме, а также с помощью специальных скрининговых анкет. Эмоциональная сфера исследовалась с применением теста Спилбергера на выявление реактивной и личностной тревожности. С помощью стандартизированных анкет Московского сомнологического центра изучалось состояние сна, проводились РЭГ, ЭЭГ и компьтерно-томографические исследования.

Полученные результаты показали, что у всех 28 больных в 100% случаев выявлялась характерная «триада» психовегетативных нарушений в виде выраженной вегетативной дистонии (более 50 баллов по данным анкетного исследования), высокого уровня реактивной и личностной тревожности (до 45-50 баллов по тесту Спилбергера) и грубой инсомнии с низкими показателями по сомнологическим анкетам. Установлено, что нарушения сна имеют место у всех больных. Причем в первые дни после снятия острой абстиненции, по данным клинических наблюдений, имела место тотальная инсомния, что подтверждалось и результатами анкетирования: балльная оценка субъективных характеристик сна не превышала 8-10 баллов. Причем дневные ЭЭГ-исследования, проводимые 3-4 раза в течение дня, не выявляли признаков снижения уровня бодрствования, регистрировался стойкий десинхронный тип ЭЭГ. Исследования в динамике выявили, что постепенно нарушения сна регрессируют и к 10-12-му дню ремиссии тотальная инсомния, по клиническим данным, сохраняется у единичных пациентов, субъективная балльная оценка сна достигает в среднем 22,7 балла. Параллельно возникает и тенденция к усилению процессов синхронизации на ЭЭГ бодрствования.

Вегетологические исследования выявили у всех больных выраженную вегетативную симпатикотонию, симпатическую направленность вегетативной реактивности и патологическую избыточность вегетативного обеспечения деятельности. Проявления этой психовегетативной «триады» оказались стойкими и сохранялись в динамике до 3-5 недель от начала ремиссии.

Исследование неврологического статуса показало наличие у многих больных микроорганической симптоматики. Следуя схеме неврологического исследования, она заключались в следующем. Патология черепно-мозговой иннервации в виде анизокории, вялости или, наоборот, оживленности (гиппус) зрачковых рефлексов, нистагмоида и асимметрии носогубных складок выявлена у 15 больных (53,6%). В двигательной сфере выявлялся у 17 больных (60,7%) низкоамплитудный высокочастотный тремор, у 8 больных (28,6%) были нарушения мышечного тонуса с элементами пластичности. В координаторной сфере у 17 пациентов (60,7%) отмечалась шаткость в позе Ромберга. В 19 наблюдениях (67,8%) выявлялись нарушения чувствительности, носящие симметричный характер, но не укладывающиеся в какой-либо тип, они имели пятнистый или мозаичный вид. Рефлекторная сфера характеризовалась у 4 больных наличием сухожильной анизорефлексии по оси тела (14,3%), асимметрия брюшных рефлексов выявлена у 12 (42,8%) больных, наличие слабовыраженного симптома Маринеску — Радовичи отмечено у 11 (39,3%) пациентов. Со стороны интеллектуальных функций, по данным обычной клинической оценки, существенных изменений не выявлено. Однако исследование с помощью стандартизированного теста «Краткая клиническая оценка психических функций» (MMSE) выявило у 8 больных (28,6%) снижение балльной оценки интеллектуальных функций в среднем до 25,3, что расценивается как преддементное состояние.

Параклинические исследования также выявили ряд характерных нарушений у больных героиновой наркоманией. Результаты РЭГ-исследований показали, что в целом у больных признаков нарушения объемного кровенаполнения мозга нет, но у 100% больных имеются функциональные нарушения в виде признаков ангиодистонии на фоне стойкого повышения сосудистого тонуса. У многих из них выявлялись также признаки затруднения венозного оттока и межполушарной асимметрии кровенаполнения. ЭЭГ-исследования показали, что у 11 больных (39,3%) имеются нарушения биоэлектрической активности по органическому типу в виде дезорганизованного типа с преобладанием альфа-активности в 4 наблюдениях и медленной активности — в 7. В 12 (42,8%) случаях имел место десинхронный тип ЭЭГ, и только у 5 больных (17,8%) зарегистрирован нормальный тип кривых.

Компьютерно-томографические исследования проведены у 9 больных с целью исключения церебральной органической основы процесса. Текущего грубоорганического поражения мозга не выявлено, однако у 7 пациентов обнаружены атрофические процессы мозга, которые локализовались преимущественно в лобно-височной коре и образованиях лимбической системы (гиппокамп, нижние рога боковых желудочков).

Таким образом, проведенное исследование показало, что при героиновой наркомании в мозге развиваются значительные изменения, затрагивающие практически все церебральные системы. Исследования в динамике показали, что некоторые из выявленных нарушений (психовегетативные, нарушения сна, отдельные неврологические симптомы) носят обратимый характер, но многие другие остаются стойкими и, вероятно, имеют органическую основу. Генез их многообразен и состоит по крайней мере из двух звеньев: 1) прямое токсическое влияние наркотика на метаболические процессы; 2) опосредованное влияние на церебральные функции через грубое нарушение баланса нейромедиаторов в мозге. Детальный анализ объема и динамики психоневрологических расстройств при героиновой наркомании позволяет оценить роль этих факторов в реализации процесса поражения мозга наркотиком и определить правильную тактику лечения на этапах реабилитации. При этом, безусловно, следует использовать все возможности как медикаментозной, так и немедикаментозной терапии. Особый акцент следует делать на немедикаментозные методы, поскольку последствия лекарственной, в частности психофармакологической, терапии наркоманов в условиях патологического характера нейромедиации в мозге трудно прогнозировать. Учитывая молодой возраст больных героиновой наркоманией, важно формирование здоровой мотивации взамен патологической мотивации к приему наркотиков. Здесь важную роль играет привлечение больных к регулярным занятиям спортом, в частности спортивными единоборствами, которые позволяют молодым людям укрепить дух и почувствовать уверенность в своих силах. Наш опыт показывает высокую эффективность подобного рода занятий в реабилитационном периоде. Из других немедикаментозных методов немаловажную роль играет гипербарическая оксигенация, которую мы также успешно используем в своей практике.


Bibliography

1. Баскакова Е.Б., Валаева О.Г. Особенности эмоциональной сферы у больных опийной и эфедроновой наркоманией // Сб. науч. тр. — М., 1991. — С. 13-15.

2. Букановская Т.И. Адаптация организма и аффективные нарушения у больных опийной наркоманией // Социальная и клиническая психиатрия. — 1991. — Т. 4, №3. — С. 44-49.

3. Брюн Е.А., Гехт А.Б., Полунина А.Г. и др. Нейропсихологический дефицит при хронической наркотизации героином // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2001. — Т. 101, вып. 3. — С. 10-19.

4. Дупленко П.Ю. Характеристика мотивационной сферы больных опийной наркоманией // Архивы психиатрии. — 1995. — №9. — С. 184.

5. Кариев М.Х., Гафуров Ф.З., Перфильев С.В., Абдукадырова И.А., Кариева З.С., Алтыбаев У.У. Нейрофизиологическая и компьютерно-томографическая характеристика состояния головного мозга у больных с героиновой зависимостью // Функциональная неврология и нейрохирургия. — Омск, 2001. — С. 59-62.

6. Иванец Н.И., Винникова М.А. Героиновая зависимость. — Москва, Медпрактика, 2001. — С. 128.

7. Луцик А.А., Сафонов Е.А., Любичева Н.И. К вопросу о морфофункциональном состоянии головного мозга у больных с опиатной зависимостью // Функциональная неврология и нейрохирургия. — Омск, 2001. — С. 99-105.

8. В.Н. Миртовская, В.И. Полтавец, Т.Н. Майкова, Л.В. Власенко. Особенности вегетативных тестов при групповой психотерапии больных опийной наркоманией в стадии формирования ремиссии // Журн. невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — М., 1989. — Вып. 89, №10. — С. 33-35.

9. Тайцлин В.И., Матузок Э.Г. Расстройства чувствительности у женщин с опийной наркоманией // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2001. — Т. 101, вып. 3. — С. 20-24.


Back to issue