Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

"News of medicine and pharmacy" №8 (658), 2018

Back to issue

Письма с заграничной больничной койки

Authors: Борис Пухлик, профессор
Винницкий национальный медицинский университет имени Н.И. Пирогова, г. Винница, Украина

Sections: In the first person

print version

Продолжение. Начало в № 11(544), 2015

Письмо 32.

День медицинского работника. 

Послесловие

Мы вовсе не врачи — мы боль.
А. Герцен
Начал я эту «записку» в канун Дня медицинского работника. 17 июня мы, медики, отпоздравлялись, поулыбались через смс или лично. Минимум поздравлений мне напоминают: когда ты бесполезен — ты забыт. Я издалека как-то не увидел серьезных поздравлений главных руководителей и «потеплевшего» лица государства, но, возможно, это из-за расстояния. Или нет? А если и было что-то, то сомневаюсь, чтобы очень материальное, и вряд ли оно остановит врачей, которые собрались уезжать из страны, или согреет сердце тем, кто уже трудится не в наших больницах. Мне кажется, уже нет такого ЧП, чтобы наши руководители вспомнили о здравоохранении в позитивном для нас смысле. Нет, Минздрав (МЗ) не забыл. Напротив, после лозунга «деньги (кто их видел?) ходят за пациентом», рекомендации «плюнуть» на отечественные протоколы и применять любые зарубежные начал обсуждение лицензирования врачей. И ныне учащихся, и уже отучившихся. Причем лицензирование жесткое, как в США, Израиле и других развитых странах, и такое, по их мнению, которое будет признаваться за рубежом.
Я уже писал, почему считаю «прожектерством» применение неадаптированных протоколов в Украине: это нереально по экономическим, ресурсным и многим другим обстоятельствам. Теперь о лицензировании. Нигде в документах и предложениях для обсуждения МЗ не написал, что лицензированные с невероятными трудностями врачи получат такую же (или хоть частично) зарплату, как их коллеги в развитых странах. То есть опять нам предлагают формально правильное, но реально неосуществимое решение. Сегодня зарплата у выпускника медвуза и санитарки примерно одинаковая. Но последняя, естественно, никаких интеллектуальных трудностей не испытает, и любая из наших санитарок легко сможет адаптироваться к аналогичной работе за рубежом.
Что же касается будущих врачей, т.е. студентов, то в настоящее время (точнее, около 3 лет тому назад, когда я еще работал) хорошо, если 1 из 50 после 6-го курса или интернатуры сдаст экзамен на право работать врачом, скажем, в Израиле (лицензионный экзамен). И хорошо, если это сделает 1 из 200 (включая меня) уже работающих врачей. Нет, я абсолютно не считаю наших студентов или врачей глупее зарубежных, но последние знают, что их ждет, и поэтому тщательно готовятся с самого начала учебы (если их аттестат вообще позволяет претендовать на место в медвузе). Наши же студенты уже после первых экзаменов понимают, что они «пробьются». Даже те, кто прошел в вузы не по знаниям, а на контрактной основе. А действующие врачи, как известно, по достижении необходимого стажа, отбыв реально или формально на каких-то курсах и чуть-чуть почитав, получают первую или высшую категорию. То есть если МЗ реально задумал это менять, то, помимо многократного увеличения зарплаты, нужно радикально решить вопрос с преподавателями и преподаванием в медвузах, НМАПО, радикально изменить их материальную базу, уровень английского языка и пр., то есть адаптировать преподавание к уровню зарубежных стран. Думаю, что это дела на десятилетия, и предпосылок хотя бы к началу подобного реформирования совершенно нет.
Среди моих друзей-врачей в Израиле, которые получили «шлав алеф» или первую ступень, дающую право работать врачом-неспециалистом, «шлав бет» — право работать врачом-специалистом получили лишь несколько человек, хотя в бывшем СССР были неплохими специалистами, а один — даже доктором наук. Для этого им пришлось пройти «итмахуд» — двухлетнюю стажировку или съездить за границу, сдать ряд тяжелейших экзаменов на иврите или английском. Я знаком с рядом врачей, так и не реализовавшихся в Израиле, как и знаком с реализовавшимися, но очень слабыми врачами. Тут говорят, что, помимо знаний, нужно иметь еще «мазаль» — удачу или счастье. Но, по-моему, только тяжкий труд и целе–устремленность способствуют успеху. В Израиле в медучреждениях не увидишь долгих разговоров по телефону, отпрашиваний, «междусобойчиков», бесед с фармфирмами и т.п. Работа и только работа. Дочь рассказывала, что, периодически работая в приемном отделении израильской больницы, она еле находила минутку на туалет, а о перекусах вообще забывала. Думаю, многие украинские коллеги, даже посули им израильскую и американскую зарплату, но взамен — монотонный и напряженный труд, вряд ли все это выдержат. Дочь (извините, она — это близкий для меня пример) все это одолела в Израиле, потом в Канаде и далее — в США. И ей еще предстоит сдать экзамен на право заниматься частной практикой. То есть все очень непросто, тяжело работать и учиться нужно всю жизнь. Если У. Супрун действительно работала врачом в США, то она должна это хорошо знать. Или, что вернее, это ее очередной пиар-ход.
Возвращаясь к вопросу лицензирования, и в частности ссылок в МЗ на модель США, совершенно неправомерно рассчитывать, что все связанные с этим вопросы в Украине будут решать государственные органы. В США и большинстве развитых стран лицензированием занимаются общественные организации — ассоциации, общества. Они могут лицензировать врача, могут и лишить его лицензии. Что касается украинских обществ и ассоциаций, то они совершенно бесправны и не имеют никаких полномочий. Сообщаю об этом как многолетний президент Ассоциации аллергологов Украины (ААУ) и человек, который многократно обращался по этому поводу к череде министров Украины.
Помню, как на одном из больших совещаний с главными специалистами в МЗ мне удалось высказать это (и не только) вслух, после чего замминистра (мигрирующий между институтом –НАМНУ и МЗ) сказал, что моей работой в МЗ не удовлетворены. Но мое предложение уволить меня с этого бесплатного, но очень хлопотного поста главного специалиста не было поддержано. Хотя позже, когда я уже «наехал» на министра Р. Богатыреву, меня освободили и должность главного аллерголога присоединили к должности главного иммунолога. О том, как «сработала» эта известная многим мадам, сколько получила от фармфирм за поддержку их препаратов, можно прочитать в прессе. После ее «блестящей» деятельности МЗ до сих пор даже не создал в области аллергологии (едва ли не единственной специальности) вообще никакой экспертной группы.
Да, мы, ААУ, провели 3 съезда и многочисленные конференции, да, мы в 2006 и 2011 годах утвердили протоколы оказания помощи при аллергических заболеваниях (АЗ). И если в редакции 2006 года протоколы были утверждены МЗ, то в 2011 году они были совершенно проигнорированы. Зато Приказом № 916 от 2015 г. МЗ (волюнтаристски, по инициативе далеких от аллергологии «специалистов») издал нормативные документы по лекарственной аллергии (ЛА), тупо скопированные с зарубежных аналогов. В результате до сих пор эти документы ни разу не применялись на практике ни в одной из областей, то есть оказались чисто формальными и ненужными аллергологической службе. И, как следовало ожидать, уже есть или на подходе созданные теми же «энтузиастами» и иные протоколы по другим АЗ. Нельзя без широкого обсуждения в среде аллергологов издавать «мертворожденные» нормативные документы, которые будут лишь «путами» для специалистов.
В развитых зарубежных странах врачи застрахованы на случай врачебных ошибок, неудач или трагических случаев. Если же наш врач вдруг станет последовательно выполнять вышеприведенный Приказ № 916, скажем, в части провокационных тестов с лекарственными препаратами, что, вполне вероятно, может привести к анафилактическому шоку, то он может угодить за решетку за причиненный больному вред.
Я хорошо понимаю, как трудно нынешнему врачу в Украине. Он ««заклопотаний» и выживает. Но я не знаю, как переломить в людях пессимизим и безразличие к общественным организациям. Понимаю, что такие сообщества организуют и ведут за собой фанаты, но, как писал Высоцкий, «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». До тех пор, пока мы будем пассивны, МЗ и примазавшиеся дельцы и «активисты» будут все решать за нас. А мы могли бы предстать сплоченной и требовательной организацией, и нам есть что сказать, как и другим сообществам врачей. Вот только мне это уже не по силам, и нужна «свежая кровь». Но, увы, пока все живут по принципу «моя хата з краю».
Читатель уже убедился, что я критически отношусь к украинскому здраво–охранению и подчас ставлю в пример израильское. Но вот что интересно: Израиль, который в отличие от Украины не отвернулся от меня и лечит дорогущими и бесплатными для меня препаратами, занимает лишь 28-е место в мире по тратам государства на систему здраво–охранения в соотношении с ВВП страны. Как и в Украине, в Израиле в последние годы снижается число врачей. Тут число врачей на тысячу граждан уменьшилось к 2016 году с 3,4 до 3,1. В Украине в этот же год (располагаю только опубликованными в разных источниках данными) было 4,5 на тысячу, из них тех, кто реально оказывает помощь больным, — 2,7 на тысячу жителей. Хуже положение только в Польше (2,4), куда «уплывают» наши доктора, Мексике (2,4) и Южной Корее (2,3). На первых местах Австрия и Норвегия с 5,1 врача на 1000 граждан. Израиль на предпоследнем месте по числу выпускников медицинских факультетов: 6,8 на 100 тысяч населения. В Ирландии — 24,5, в Португалии — 16,4, а в Голландии — 14,4. В Украине выпускается гораздо больше врачей, но точная цифра мне неизвестна. По медсестрам ситуация в Израиле в 2016 году следующая: 5 на тысячу населения, в Украине — 7 (вместе с акушерками), а вот в Норвегии — 17,5, в Швейцарии — 17, в Дании — 16,9. В 2016 году больничных коек — 2,3 на тысячу граждан. Это в три раза меньше, чем в Японии (7,8), Южной Корее (7,1) и Германии (6,1). В Украине около 6 коек на 1000 населения. В ЄС — 5,3, зато в Беларуси — 11, России — 8,2. В Украине этот показатель составляет около 9. Естественно, уровень занятости больничных коек в Израиле один из самых высоких: 93,8 при среднем показателе 75,5. Хуже, чем в Израиле, дела обстоят только в ирландских больницах (94,2). Зато, друзья, средняя продолжительность жизни женщин в Израиле превышает средний показатель продолжительности жизни женщин в развитых странах мира: 84,2 против 83,4 года. Израильские мужчины в среднем также живут дольше, чем мужчины в странах, скажем, Европы: 80,8 против 78,1 года. В Украине средняя продолжительность жизни составляет 71,2 (66,3 — у мужчин и 76,1 — у женщин). Это еще раз свидетельствует о том, что в структуре факторов долголетия здравоохранение составляет всего около 10 %. Все остальное — это «социалка», экология, питание, вредные привычки и пр. И даже если предположить, что каким-то чудом в Украину придет гуманная и справедливая власть, нужны многие годы, чтобы в Украине стали жить долго и желательно счастливо.
Продолжение следует 

Similar articles

Письма с заграничной больничной койки
Authors: Борис Пухлик, профессор
Винницкий национальный медицинский университет имени Н.И. Пирогова, г. Винница, Украина

"News of medicine and pharmacy" №15, 16 (710, 712), 2019
Date: 2020.01.08
Sections: In the first person
Письма с заграничной больничной койки
Authors: Борис Пухлик
профессор, Винницкий национальный медицинский университет имени Н.И. Пирогова, г. Винница, Украина

"News of medicine and pharmacy" 13 (589) 2016
Date: 2016.12.19
Sections: In the first person
Письма с заграничной больничной койки
Authors: Борис Пухлик, профессор
Винницкий национальный медицинский университет имени Н.И. Пирогова, г. Винница, Украина

"News of medicine and pharmacy" 14 (633) 2017
Date: 2017.12.15
Sections: In the first person

Back to issue