Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.



СІМЕЙНІ ЛІКАРІ ТА ТЕРАПЕВТИ

НЕВРОЛОГИ, НЕЙРОХІРУРГИ, ЛІКАРІ ЗАГАЛЬНОЇ ПРАКТИКИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

КАРДІОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, РЕВМАТОЛОГИ, НЕВРОЛОГИ, ЕНДОКРИНОЛОГИ

СТОМАТОЛОГИ

ІНФЕКЦІОНІСТИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, ГАСТРОЕНТЕРОЛОГИ, ГЕПАТОЛОГИ

ТРАВМАТОЛОГИ

ОНКОЛОГИ, (ОНКО-ГЕМАТОЛОГИ, ХІМІОТЕРАПЕВТИ, МАМОЛОГИ, ОНКО-ХІРУРГИ)

ЕНДОКРИНОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, КАРДІОЛОГИ ТА ІНШІ СПЕЦІАЛІСТИ

ПЕДІАТРИ ТА СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

АНЕСТЕЗІОЛОГИ, ХІРУРГИ

"News of medicine and pharmacy" 5(237) 2008

Back to issue

Кто главный виновный?

Authors: Л.А. ПОКРЫШКА, главный врач Луганской областной больницы № 2, член Национального союза журналистов Украины

Sections: Medicine. Doctors. Society

print version

Внимательно, с карандашиком в руке прочитал недавно в № 11 (601) за 20 февраля 2008 г. в луганской газете «ХХI век» статью некой (некой — потому что ранее мне не доводилось встречать в прессе это имя) Златы Волконской под названием «Врачебные ошибки уносят жизни людей» и хочу поделиться с читателями некоторыми собственными соображениями, в чем-то соглашаясь с автором, в чем-то — нет, предложив свое виденье решения проблем нашей системы охраны здоровья. Но прежде скажу, что о медицине, несмотря на очевидные, порой кричащие проблемы в ней, пишут мало и неохотно, и поэтому стоит поблагодарить автора за то, что попытался разобраться в юридической проблеме, которой является так называемая врачебная ошибка. Я уяснил, что автор при подготовке статьи пользовался консультативными услугами адвокатской компании «Чудовский и партнеры», и это делает мой с ним монолог продуктивнее и конкретнее.

Итак, по существу.

Да, действительно, наш Уголовный кодекс, вступивший в силу с 1 сентября 2001 г., во втором разделе «Преступления против жизни и здоровья личности» содержит двадцать статей, имеющих прямое или косвенное отношение к врачебной деятельности, к тому же в пятом разделе есть еще статья 184, касающаяся нарушения права на бесплатную медицинскую помощь, но словосочетание «врачебная ошибка» нигде не упоминается.

Проработав много лет в системе здравоохранения, участвуя в судебных разбирательствах, я, естественно, пытался выяснить определение этого термина и нашел его в «Юридическом справочнике для населения», выпущенном издательством «Юридическая литература» в 1989 г. в г. Москве. Это определение я хочу процитировать полностью: «Врачебная ошибка — действие (бездействие) лечебного учреждения, его сотрудников, повлекшее смерть или причинение вреда здоровью пациента при неосторожной форме вины (наказуемая ошибка), а также при отсутствии вины лечебного учреждения (ненаказуемая ошибка)». Далее сказано: «…хотя в уголовном законодательстве термина в.о. нет, в науке и практике (юрид. и мед.) это понятие используется. Наказуемые в.о. совершаются вследствие неосторожности, например при невнимательном обследовании, неадекватной оценке клинических и лабораторных данных, недостаточном опыте и знаниях врача, небрежном выполнении операций и др. лечебно-профилактических мероприятий, небрежном уходе и наблюдении за пациентом, неудовлетворительной организации деятельности лечебно-профилактического учреждения. Наказуемые в.о. классифицируются как правонарушение и влекут наступление уголовной, дисциплинарной и гражданской ответственности. К ненаказуемым в.о. относятся действия лечебного учреждения (его сотрудников), не нарушающие правила, установленные законом или подзаконными актами, но повлекшие повреждение здоровья или смерть пациента, например, вследствие аномального развития болезни, аномальных анатомических особенностей пациента, неожиданной аллергической реакции, которые не могли быть предвидены медработниками. Так, лечебные учреждения не могут нести ответственность за диагностические ошибки, обусловленные сложностью заболевания и не зависящие от внимания и добросовестности персонала».

Таким образом, хотя термин «врачебная ошибка» в Уголовном кодексе не встречается, он имеет четкие характеристики и может быть использован в судебной практике.

Другой вопрос — почему такие различия в доведении до суда случаев врачебных ошибок у нас и, скажем так, за рубежом?

Я бы не стал так, как автор статьи, категорически утверждать, что дело в корпоративности «эсэнговских» медиков. К тому же вопрос правонарушений в медицине не является полем деятельности ВОЗ — эта организация занимается совершенно иным. Нельзя согласиться и с мнением автора, что в наших ЛПУ допущенные медиками ошибки вообще не регистрируются. Надо лишь поднять приказы по больницам, и все встанет на свое место. Естественно, речь будет идти о дисциплинарных и административных нарушениях. Материалы же уголовного характера можно взять в прокуратуре.

И уж совсем обидным для медиков является саркастическое замечание автора статьи о складывающемся впечатлении, что врачи дают клятву не Гиппократа, а мушкетеров, чуть ли не убийц. Соглашаясь с автором, что в каждой больнице нынче можно найти массу недостатков в работе как самого учреждения, так и его сотрудников, вместе с тем смею утверждать, что основная масса медработников относится к своему призванию с высокой долей ответственности. Медики страны, несмотря ни на что, каждый год выдают «на гора» вполне сносные даже с позиций ВОЗ показатели их деятельности. Это около полумиллиарда приемов больных, около 3 миллионов операций, обслуживание около 10 миллионов вызовов скорой помощи. При этом по социальному статусу они почти изгои — без должных зарплат (еще с 1992 г. зарплата медика должна быть по закону средней по промышленности, но в реальности она в три раза меньше), надлежащего быта и прочих «прелестей жизни», гонимые всеми и вся (нет, например, номера газеты «Факты», где бы не описывался тот или иной страшный случай деятельности «ужасных эскулапов»), без профессиональной защищенности (опять на меня обидятся профсоюзы, но, кроме бумажной, пользы от них в этом плане никакой) и так далее. Я не раз писал, что виновны в своих бедах сами медработники, которые не могут или не хотят предъявить власти свои претензии. Объединяться же в общественные организации — так, как это делается в цивилизованном мире, — они не желают. Более того, когда такие организации появляются, они и тогда не относятся к ним с должным пиететом. Хотя есть исключения — тут же появляются люди, которым жуть как хочется кому-то из власть предержащих сделать бяку. Но я стоял, стою и буду стоять на том, что власть надо не наказывать (потому что это невозможно в принципе), а доказывать ей — естественно, аргументировано и доходчиво, — что пришла пора повернуться к медицине лицом, что она на самом деле не отщепенка, а родное, нигде ранее не существовавшее образование, оказавшееся столь прочным, что ни войны его не добили, ни голодоморы, ни безденежье новейшей истории.

Что касается прав пациентов, которые, по мнению автора статьи, напрочь отсутствуют у нас, то и закон есть, и в каждой больнице давным-давно вывешены эти права на видном месте, и в историях болезни делаются соответствующие записи, но дело ведь не в этом, потому что главным нарушителем прав граждан в сфере охраны здоровья в нашей стране является… государство. Цинично задекларировав бесплатность медицины (ст. 49 Конституции), не дав за 17 лет даже трети причитающихся ей финансов, не проведя ни одной вразумительной реформы, плодя все новые и новые госпрограммы, не задумываясь над тем, что не выполнены еще старые, способствуя массовому уходу из госмедицины опытных и квалифицированных кадров, продолжая упорствовать в этом направлении, оно (государство) обрекло нашу систему здравоохранения на крайнюю степень прозябания. А дальше? Тупик. Ибо если в ближайшее время проблема здравоохранения, условно говоря, не получит статус общегосударственной, решением которой станут заниматься Президент со своим Совбезом, Премьер со своим Кабинетом Министров, спикер с Радой, мы окажемся за чертой, откуда нет возврата. И кто тогда будет решать проблемы народонаселения, высокой смертности наших людей, эпидемии туберкулеза и ВИЧ-инфекции, наркомании и алкоголизма, сердечно-сосудистых заболеваний и др., я не знаю. Может, даже те организации, которые занимаются вымирающей от СПИДа Африкой. Это же до какого дебилизма надо было дойти нашим нардепам, чтобы законодательно, через Тендерную палату, ободрать до нитки и без того нищие больницы (как и культуру, и вообще бюджет)! И я что-то не слышал, чтобы журналисты в изданиях активно «лечили» эту моровую язву, куда там — им проще было гнобить врачей. А что — дешево и сердито.

Уважаемый автор статьи приводит примеры врачебных ошибок, которые были допущены в одной из больниц, приводя (извиняюсь за тавтологию) в качестве примера назначение якобы противопоказанного препарата «преднизалона». Что я хочу сказать в связи с этим? Даже в названии его допущена ошибка, потому что правильно следует писать «преднизолон», а это свидетельствует о том, что журналисту, не имеющему специального медицинского образования, очень сложно судить о том, что было в действительности. Как правило, этим должен заниматься или эксперт, или журналист-медик, назначенные для расследования или органом здравоохранения, или правоохранителями, или редактором. Тот же преднизолон (а не какой-то иной препарат) является порой единственным средством для приостановки патологического процесса, а часто — и для спасения жизни при целом ряде так называемых системных заболеваний, инфекциях. Увы, он может вызвать и осложнения. Доктор, оперировавший больного ребенка и заявивший родителям, что, обратись к нему раньше, он спас бы больного (если он так заявлял), нарушил врачебную этику (она существует все времена, сколько существует сама медицина, притом во всем мире), потому что, возможно, он таким образом спасал себя, зная, что допустил дефект в работе. Не оправдывая врачей и руководство больницы, тем не менее считаю, что во всем должны были разбираться, как говорится, компетентные органы, куда должны были войти квалифицированные специалисты, другого выхода просто нет.

Что касается рекомендаций автора статьи для граждан, а именно — как себя вести, если нарушены права пациента, и что делать со столь нерадивыми медиками, то, согласившись с ними, все же напомню читателям, что наши общегосударственные проблемы наложили отпечаток и на организацию первичной и скорой медицинской помощи, и на моральный статус медика, его профессиональную подготовленность.

Я был и останусь противником приема выпускников в медвузы по контракту. Врач-троечник — нонсенс, беда и караул! Я категорически против того, чтобы в медицине работали черствые, бездушные, не сопереживающие человеческим бедам, жадные люди. Однако пусть государство делает все что хочет, но без кратного увеличения зарплаты медика, придания ему статуса госслужащего (человека, который стоит на страже здоровья граждан страны — самого ценного, что у них есть, выполняющего госпрограммы, отвечающего за их выполнение и др.), определения здравоохранения главным приоритетом на ближайшие десятилетия (наряду с экономикой) — ничего позитивного в нашей медицине не произойдет. А какой будет у нас система после проведения реформы — Бевериджа ли, Семашко ли, страховая или смешанная — не суть важно, главное, чтобы любая из них была направлена на благо нашего человека.

Совет автора статьи — найти грамотного юриста, если будет что-то неясное в отношениях «врач — пациент», — правильный, но далеко не каждый человек в нищенствующей стране может его нанять. Лучше уж направлять усилия и пациентов, и журналистов, и медиков на радикальное улучшение нашего здравоохранения, которое многие ненавидят нынче, но без которого обойтись никак не могут.



Back to issue