Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.


Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

 

"News of medicine and pharmacy" Неврологія. Нейрохірургія. Психіатрія (693) 2019 (тематичний номер)

Back to issue

Периферическая нейропатическая боль в повседневной клинической практике: эффективность и безопасность прегабалина

Одним из наиболее частых поводов для обращения к неврологу, особенно в амбулаторных условиях, является возникновение боли. Боль может быть ноцицептивной, возникающей в ответ на воздействие потенциально повреждающего фактора (механического, термического и т.д.), и нейропатической, обусловленной органическим поражением периферической или центральной нервной системы и появляющейся без раздражения рецепторного аппарата [1].

Нейропатические болевые синдромы наблюдаются при поражении нервной системы на различных уровнях: при вовлечении в патологический процесс периферических нервов, корешков и сплетений, спинного (задний рог, задние столбы) и головного (ствол, таламус, большие полушария) мозга [2–4]. Наиболее частыми причинами нейропатических болевых синдромов являются диабетическая, алкогольная моно- и полинейропатия, постгерпетическая невралгия, поражение периферической нервной системы при СПИДе.
Вариантом нейропатического болевого синдрома является комплексный регионарный болевой синдром (рефлекторная симпатическая дистрофия), клинически проявляющийся локальными болями с отеком и трофическими расстройствами. Выраженный болевой синдром может наблюдаться при поражении спинальных структур у больных с рассеянным склерозом, сирингомиелией, первичными или метастатическими опухолями, а также при вовлечении в патологический процесс задних столбов при нейросифилисе, дефиците витамина В12. Сочетание ноцицептивной и нейропатической боли возможно у больных с компрессионной радикулопатией [5].

Распространенность нейропатической боли, согласно данным эпидемиологического исследования, проведенного в Европе, колеблется в диапазоне 6–7,7 %: во Франции — 6,4 %, в Германии — 6 %, в Великобритании — 7,5 % и в Испании — 7,7 % [6].

Патогенетические аспекты формирования нейропатической боли

Независимо от причины нейропатическая боль является следствием возникновения в периферической и центральной нервной системе в ответ на длительную болевую стимуляцию ряда последовательных изменений, постепенно приобретающих характер типового патологического процесса. Эти изменения состоят из следующих основных этапов [7]:

1. Усиление потока болевой импульсации с периферии вследствие повышенного высвобождения тканевых и плазменных алгогенов (гистамин, серотонин, простациклины, лейкотриены, цитокины, брадикинин и др.) и развитие периферической сенситизации, проявляющейся первичной гипералгезией и аллодинией.

2. Возникновение антидромной стимуляции и развитие в месте поражения нейрогенного воспаления с высвобождением нейрогенных алгогенов и нейротрофических факторов (субстанция Р, кальцитонин-ген-родственный пептид, фактор роста нерва и др.), способствующих усилению периферической сенситизации и потока болевых импульсов в центральную нервную систему.

3. Активация NMDA-рецепторов нейронов задних рогов спинного мозга, повышенное высвобождение в синапсах специфических нейромедиаторов и нейромодуляторов (глутамат, ионы кальция, окись азота, субстанция Р, нейрокинин-1, c-fos онкогенный протеин и др.), развитие центральной сенситизации с последующим истощением и гибелью нейронов, развитие зон вторичной гипералгезии.

4. Ослабление и дезинтеграция естественной антиноцицептивной системы, развитие опиатной толерантности.

5. Образование в дорсальных рогах спинного мозга и других отделах центральной нервной системы агрегатов гиперактивных нейронов с ослабленным тормозным контролем.

6. Формирование патологической алгической системы, включающей различные уровни центральной нервной системы и определяющей течение и характер всех компонентов патологической боли: болевой перцепции, страдания и болевого поведения.

Таким образом, нейропатическая боль сопровождается инициацией сложного каскада структурных и функциональных изменений в нервной системе [8]. Вследствие реорганизации ее разных отделов, с одной стороны, формируются устойчивые связи между нейронами, генерирующими патологическую импульсацию, с другой — подавление активности собственных противоболевых структур [9].

Клинические особенности периферической нейропатической боли

Клинически нейропатическая боль характеризуется комплексом специфических чувствительных расстройств, которые можно разделить на 2 группы:

— к 1-й относятся позитивные симптомы — спонтанная боль, аллодиния, гипералгезия, дизестезии, парестезии;

— ко 2-й — негативные симптомы — гипестезия, гипалгезия.

Аллодиния — это ощущение боли при воздействии неболевым стимулом, возникающее даже при небольшом прикосновении или дуновении ветра. Различают температурную (действие температурного стимула) и механическую (действие механического стимула) аллодинию. В свою очередь, механическая аллодиния подразделяется на статическую, которая появляется при надавливании на фиксированную точку кожного покрова, и динамическую, возникающую при движущихся стимулах (например, легком раздражении кожи кисточкой или пальцем).

Характерным симптомом периферической нейропатической боли является гипералгезия — появление выраженного болевого ощущения при нанесении легкого ноцицептивного раздражения. Нанесение повторных ноцицептивных стимулов, особенно высокой интенсивности, может вызвать резкое болевое ощущение, обычно плохо локализованное, боль при этом может иметь жгучий оттенок, длительно сохраняться после прекращения раздражения (гиперпатия).

Нередко аллодиния и гипералгезия сочетаются со снижением чувствительности в пораженной области (болевая анестезия). При этом часто выявляются вегетативные нарушения в соответствующей области: изменение окраски кожных покровов (гиперемия или цианоз), нарушение трофики ткани, потоотделение, отечность. Как правило, у таких больных нарушается сон, появляются депрессивные и тревожные нарушения.

По данным National Center for Health Statistics (США), самыми распространенными нейропатическими болями являются хронические боли в спине. Нейропатический компонент боли выявляется у 10–19 % пациентов с данной патологией [10–12]. Для пациентов с радикулопатиями характерно возникновение стреляющей жгучей боли, иррадиирующей в зону иннервации того или иного спинномозгового корешка или нерва и сопровождающейся объективно выявляемым изменением чувствительности. Наиболее часто причиной появления нейропатического компонента при боли в спине являются дискорадикулярный конфликт, стеноз позвоночного канала и спондилез. Радикулярный болевой синдром имеет отличительные особенности: боль возникает не вследствие раздражения соответствующих рецепторов, а обусловлена компрессией нервного корешка, в котором со временем происходят структурные изменения. Именно этим фактом объясняется иррадиация болевых ощущений и их простреливающий характер, а также низкая эффективность применения нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП) [2, 9, 13]. Известно, что интенсивность боли не коррелирует со степенью протрузии диска или выраженностью компрессии корешка. Как правило, такие боли, кроме иррадиации в конечности, сопровождаются другими симптомами поражения корешков — снижением поверхностной и глубокой чувствительности, двигательными нарушениями. Присутствие нейропатического компонента боли значительно усугубляет течение болевого синдрома в спине, способствует его хронизации и быстрой дезадаптации больных, нарушает качество жизни, повышает расходы на лечение [14–16], способствует развитию инсомнии, тревоги, депрессии [17–19].

Вторая по частоте причина нейропатической боли — болевая форма диабетической полинейропатии. Установлено, что до 30 % пациентов с сахарным диабетом, находящихся на стационарном лечении, и около 25 % пациентов, получающих лечение в амбулаторных условиях, имеют разной степени выраженности дистальную симметричную сенсомоторную диабетическую полинейропатию [20]. Она проявляется онемением, потерей чувствительности, болевыми ощущениями, чувством покалывания в ногах в течение как минимум 3 месяцев.

В ряде случаев имеет место сочетание ноцицептивной и нейропатической боли (например, при поражении суставных и периартикулярных тканей, компрессионной радикулопатии и спондилогенной дорсопатии). При этом традиционная противоболевая терапия оказывает ощутимый эффект, хотя и не устраняет нейропатический компонент боли. Важно, что существование длительно персистирующего болевого синдрома ведет к значительной перестройке нервной системы на уровне заднего рога спинного мозга, стволовых и таламических структур, что также требует специфических подходов к терапии. Поэтому своевременное выявление нейропатической боли чрезвычайно важно для назначения адекватной терапии.

Фармакотерапия нейропатической боли

Для лечения нейропатической боли применяются антиконвульсанты, антидепрессанты и местные анестетики. Введение местных анестетиков приводит к уменьшению нейропатической боли, особенно в тех случаях, когда ее развитие обусловлено патологическими изменениями периферических нервов и спинальных корешков. Из антидепрессантов назначают трициклические антидепрессанты (ТЦА), основным механизмом действия которых является блокада обратного захвата норадреналина и серотонина в пресинаптическую терминаль за счет влияния на натриевые и кальциевые каналы, что приводит к повышению активности центральных антиноцицептивных структур. Однако их применение ограничивается многочисленными, иногда тяжелыми побочными эффектами — ортостатической гипотонией, задержкой мочи, запорами, тахикардией, «сухим синдромом», особенно у пожилых пациентов. Кроме того, известно, что длительное применение ТЦА в 2,2 раза увеличивает риск развития инфаркта миокарда, а также имеет противопоказания при глаукоме и аденоме предстательной железы [21]. Селективные блокаторы обратного захвата серотонина (пароксетин, флуоксетин) имеют меньше побочных эффектов, но их эффективность в купировании нейропатических болей существенно уступает ТЦА [21].

Патогенетически обоснованным является применение антиконвульсантов-габапентиноидов (габапентина и прегабалина) [2]. Именно они, как свидетельствуют результаты систематических обзоров, обладают наиболее благоприятным соотношением эффективность/переносимость, что делает их в настоящее время препаратами первого выбора для лечения боли с нейропатическим компонентом [22]. Это получило отражение в различных международных рекомендациях по ведению пациентов [23, 24], страдающих нейропатической болью. Международная ассоциация по изучению боли (IASP, 2010), Европейская федерация неврологических обществ (EFNS, 2010), рекомендации экспертов Средневосточного региона (MER, 2010), экспертов франкоговорящих стран Магриба (FAR, 2011), Канадского общества боли (СPS, 2007), экспертов Французского общества по изучению боли (French, 2010) и Датского центра проблем боли (Danish, 2010), Национальный институт повышения квалификации врачей Великобритании (NICE, 2013) рекомендуют для лечения нейропатической боли прегабалин и габапентин.

Прегабалин — современный антиконвульсант, зарекомендовавший себя как эффективный препарат для лечения любой нейропатической боли, фибромиалгии, тревоги и судорожного синдрома. Он является аналогом γ-аминомасляной кислоты с высокой селективностью в отношении α-2-дельта-субъединицы потенциалзависимого кальциевого канала нейрона. Селективно связываясь с 2-субъединицей кальциевых каналов, он тормозит высвобождение возбуждающих нейромедиаторов и тем самым блокирует передачу болевых импульсов на уровне задних рогов и на более высоких уровнях ЦНС. Поэтому применение прегабалина может препятствовать развитию центральной сенситизации и формированию «болевой памяти», которые поддерживают болевой синдром, и тем самым способствует его регрессу [25].

В большинстве исследований, посвященных изучению противоболевых эффектов прегабалина, отмечается, что применение препарата сопровождается не только купированием болевого синдрома, но и нормализацией ночного сна, а также улучшением показателей, характеризующих качество жизни [27]. Указанный эффект наблюдается при назначении препарата в разных дозировках и может быть связан, по мнению авторов, как с устранением болевых ощущений, так и с положительным воздействием на эмоциональное состояние пациентов.

Прегабалин характеризуется высокой биодоступностью, составляющей не менее 90 % и не зависящей от принятой дозы [10], обладает линейной фармакокинетикой при использовании в суточной дозе 150–600 мг и низкой индивидуальной вариабельностью. Прегабалин не связывается с белками плазмы, не метаболизируется в печени и не взаимодействует с цитохромом Р450, большая часть препарата (до 98 %) в неизмененном виде выводится почками. Указанные свойства следует учитывать при его назначении больным с почечной недостаточностью, у которых доза должна быть уменьшена; ориентиром при выборе дозы препарата может служить клиренс креатинина. Также следует отметить, что прегабалин не имеет известных лекарственных взаимодействий, что позволяет назначать его в сочетании с другими препаратами.

По мнению большинства исследователей, даже в максимальной дозировке препарат отличается хорошей переносимостью. Его применение сопровождается незначительными побочными эффектами, большинство из которых имеет легкую и умеренную выраженность и не требует прекращения приема препарата. Прегабалин позволяет быстро и эффективно купировать нейропатический болевой синдром у разного контингента больных. Начальная доза препарата составляет 75 мг 2 раза в день, однако через 3 дня ее рекомендуют увеличивать до оптимальной терапевтической — 150 мг 2 раза в день.

Эффективность и безопасность прегабалина в терапии болевой диабетической полинейропатии

Боль при диабетической нейропатии обычно описывают как покалывание, онемение или «усиливающуюся при касании». Однако иногда она может быть охарактеризована как жжение, простреливание током или колющая боль с парестезией, гиперестезией. Болевая диабетическая нейропатия поражает ступни и голени, но может также захватывать и кисти. Болезнь носит хронический, прогрессирующий характер и влияет на все сферы жизни пациента, включая сон, настроение, самооценку, работоспособность и межличностные взаимоотношения [27].

Эффективность и безопасность назначения прегабалина для лечения болевой диабетической полинейропатии была изучена в многочисленных клинических исследованиях. В рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании, проведенном J. Rosenstock (2004), изучалась эффективность применения прегабалина у 146 пациентов с болевой диабетической полинейропатией [28]. Все пациенты были разделены на две равные группы: 1-я получала 300 мг прегабалина, 2-я — плацебо; длительность исследования составила 8 недель.

Результаты исследования продемонстрировали несомненное преимущество прегабалина. Его использование сопровождалось более выраженным по сравнению с контролем уменьшением интенсивности болевого синдрома, существенным улучшением показателей стандартного опросника качества жизни SF-36, характеризующих болевые ощущения, общее состояние и выраженность тревоги. Улучшение состояния в виде купирования болевого синдрома и нормализации ночного сна авторы отмечали с первой недели приема препарата. Кроме того, прегабалин характеризовался хорошей переносимостью и небольшим количеством побочных эффектов, не требующих отмены препарата. Таким образом, полученные результаты позволили авторам констатировать высокую эффективность прегабалина у больных с диабетической нейропатией, которая заключалась в быстром и эффективном купировании болевого синдрома, нормализации ночного сна и настроения, повышении качества жизни.

В метаанализе R. Freeman (2008) [29] с включением 7 рандомизированных контролируемых исследований лечение прегабалином получали 1510 пациентов, страдающих болевой диабетической полинейропатией. Было установлено, что препарат в дозах 150, 300 и 600 мг/день, вводимых в 3 приема, и в дозе 600 мг/день,
вводимой в 2 приема, достоверно уменьшает выраженность боли и нарушений сна, связанных с болевой диабетической нейропатией. При этом наилучшие результаты были получены при назначении препарата в дозе 600 мг/день. Медиана времени до развития устойчивого снижения боли на 1 балл после начала приема прегабалина составила 4 дня у пациентов, принимавших препарат в дозе 600 мг/день, 5 дней — в дозе 300 мг/день,
13 дней — в дозе 150 мг/день и 60 дней — для плацебо. Побочные эффекты были дозозависимы, носили легкий и умеренный характер и в основном проявлялись головокружением, сонливостью и периферическими отеками.

В метаанализ S.S. Zhang (2015) [30] было включено 9 рандомизированных контролируемых исследований и 2056 пациентов с диабетической полинейропатией. В ходе метаанализа было выяснено, что прегабалин достоверно превосходит плацебо в снижении среднего балла выраженности боли на ≥ 50  % ниже исходного уровня. Пациенты чаще оценивали свое состояние как улучшение после приема прегабалина по сравнению с приемом плацебо. Препарат в большей степени, чем плацебо, улучшал качество сна. При анализе безопасности было отмечено, что у пациентов, принимавших прегабалин, чаще наблюдались легкие побочные эффекты по сравнению с плацебо.

Таким образом, в представленных метаанализах было продемонстрировано, что прегабалин в дозе 150–600 мг/день достоверно и дозозависимо уменьшает выраженность боли и нарушения сна у пациентов с болевой формой диабетической нейропатии по сравнению с плацебо. Обезболивающий эффект в зависимости от дозы развивался в сроки от 4–5 дней до 2 недель. Улучшение общего состояния, по мнению пациентов, было более выраженным в группах с прегабалином по сравнению с плацебо. Побочные эффекты были дозозависимы, носили легкий и умеренный характер и сводились в основном к головокружению, сонливости и периферическим отекам.

Применение прегабалина у пациентов с постгерпетической невралгией

При постгерпетической невралгии боль появляется в ответ на повреждение периферических нервов, вызванных herpes zoster. При этом поражение нервной ткани наблюдается на всем протяжении от кожи до спинного мозга. Традиционно постгерпетическую невралгию определяют как дерматомную боль, персистирующую не менее 90 дней после появления острых высыпаний опоясывающего герпеса [31].

В мультицентровом двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании R. Dworkin (2003) изучалась эффективность прегабалина у пациентов с постгерпетической невралгией. В него были включены 173 пациента с болевым синдромом, длящимся не менее 3 месяцев с момента заживления имеющихся высыпаний [32]. В зависимости от клиренса креатинина на протяжении 8 недель больные получали 600 мг (клиренс более 60 мл/мин) или 300 мг препарата в сутки (клиренс от 30 до 60 мл/мин). Было установлено, что препарат оказывал выраженное противоболевое действие. Число больных с 30 и 50% уменьшением интенсивности болевого синдрома на фоне применения прегабалина в 2,5 раза превышало таковое в группе, получавшей плацебо. Купирование болей сопровождалось восстановлением ночного сна и улучшением показателей, характеризующих качество жизни больных.

В другом рандомизированном контролируемом исследовании, проведенном R. Sabatowski et al. (2004), терапевтическая эффективность и безопасность прегабалина изучалась у 238 пациентов с постгерпетической невралгией. Прегабалин назначали в дозе 150 или 300 мг/день; курс лечения составил 8 недель.

Результаты исследования показали, что достоверно большее снижение боли было отмечено в группах с прегабалином по сравнению с плацебо. Достоверные различия были получены и в отношении количества пациентов с ≥ 50% снижением боли. Эффективность препарата в отношении боли и нарушения сна проявлялась спустя 1 неделю лечения и поддерживалась в течение всего исследования. О значительном и очень значительном улучшении состояния сообщало большее количество пациентов в группах с прегабалином. При оценке качества жизни с помощью вопросника SF-36 было отмечено улучшение в домене умственного здоровья для обеих доз прегабалина и в доменах физической боли и жизненной активности для дозы прегабалина 300 мг/день.
Наиболее частыми побочными эффектами были головокружение, сонливость, периферические отеки, головная боль и сухость во рту [33].

В рандомизированное контролируемое исследование B.R. Stacey (2008) было включено 269 пациентов с постгерпетической невралгией. Прегабалин назначали в режиме со сменными дозами 150–600 мг/день
либо в режиме с фиксированной дозой 300 мг/день. Спустя 4 недели лечения у достоверно большего количества пациентов, получавших оба режима терапии прегабалином, было отмечено ≥ 30% и ≥ 50% снижение боли по сравнению с плацебо. Медиана начала ослабления боли составила 3,5 дня в группе со сменными дозами, 1,5 дня в группе с фиксированной дозой и > 4 недель в группе с плацебо. Прегабалин достоверно лучше ослаблял аллодинию по сравнению с плацебо (снижение в группе со сменными дозами 26 мм, с фиксированными дозами — 21 мм, с плацебо — 12 мм). Частота прекращения лечения вследствие развития побочных эффектов была более высокой в группе с фиксированной дозой [34].

В рандомизированном контролируемом исследовании R. van Seventer (2006) приняли участие 370 пациентов с постгерпетической невралгией. Прегабалин назначали в дозах 150, 300 и 600 мг/день в 2 приема. Спустя 13 недель лечения в группах с прегабалином было отмечено достоверное дозозависимое ослабление боли и улучшение сна по сравнению с плацебо. При этом пациенты в группах с прегабалином чаще сообщали об общем улучшении их состояния по сравнению с плацебо-группой. Авторы исследования отметили хорошую переносимость препарата: большинство побочных эффектов носили легкий и умеренный характер [35].

Таким образом, в проведенных рандомизированных контролируемых исследованиях пациентов с постгерпетической невралгией был выявлен более выраженный дозозависимый обезболивающий эффект и лучшая нормализация сна на фоне лечения прегабалином (150–600 мг/день) по сравнению с плацебо. Побочные эффекты в группах с препаратом носили легкий и умеренный характер, в основном включали в себя головокружение, сонливость, периферические отеки, головную боль, сухость во рту, атаксию.

Возможности прегабалина в лечении хронической боли в спине

В рандомизированном плацебо-контролируемом исследовании, проведенном R. Baron et al. (2010), оценивалась клиническая эффективность и безопасность прегабалина в сравнении с плацебо в лечении 364 пациентов с пояснично-крестцовой радикулопатией, из них 79,7 % — с протрузией межпозвоночного диска. В ходе исследования 36,8 % пациентов получали НПВП, 13,4 % — опиоиды, 21,4 % — парацетамол. Прегабалин назначался в дозе 150–600 мг/сут 182 пациентам, остальные 182 получали плацебо.

Общая продолжительность исследования составила 77 дней. Динамика состояния оценивалась по степени выраженности болевого синдрома на 28-й день лечения и в конце исследования — на основании выраженности диссомнических и тревожно-депрессивных расстройств, ассоциированных с болевым синдромом.

Исследование продемонстрировало несомненное преимущество в группе пациентов, получающих прегабалин. Уже на 28-й день лечения пациенты отметили значительное уменьшение боли, а на 77-й день — достоверное уменьшение выраженности расстройств, ассоциированных с болевым синдромом: сна, тревоги и депрессии [36].

В условиях реальной клинической практики (real world) было проведено исследование M. Saldana et al. (2010), в котором оценивалась эффективность прегабалина у пациентов с поясничной и шейной радикулопатией. Продолжительность исследования составила 12 недель, оценка динамики состояния производилась на каждый 7-й день.

Было показано, что уменьшение боли более чем в 2 раза наблюдалось у 63 % пациентов, получавших монотерапию прегабалином, и у 56 % больных, получавших прегабалин как дополнение к традиционной терапии, включавшей НПВП, габапентин, транквилизаторы, амитриптилин и фентанил. У этих пациентов отмечалось улучшение качества жизни, включая самообслуживание и повседневную активность.

Кроме того, прегабалин продемонстрировал не только высокую анальгетическую активность, но и эффективность в отношении сопутствующих аффективных расстройств и инсомнии у пациентов с болевым синдромом при радикулопатии [37].

В проспективном исследовании, проведенном в 33 клинических центрах Японии, оценивали преимущества стандартной терапии с включением и без включения прегабалина у 331 пациента с хронической болью в нижней части спины (ХБНС) в различных клинических условиях [38]. В исследование были включены пациенты старше 18 лет с ХБНС, которые на протяжении 8 недель получали стандартное лечение (традиционные анальгетики) или прегабалин в гибкой дозировке — до 300 мг/сут (в качестве монотерапии или в дополнение к стандартному лечению). Выбор варианта терапии осуществлял лечащий врач.

Первичной конечной точкой было изменение оценки по шкале связанных с болью нарушений сна (PRSIS) после 8 недель лечения, позволяющей оценить влияние боли на сон. Вторичные конечные точки включали изменение боли по числовой рейтинговой шкале и функции по опроснику RMDQ через 4 и 8 нед., позволяющему оценить функциональные возможности пациента с ХБНС за последние 24 часа.

Результаты исследования позволили выявить, что оценка PRSIS была значительно лучше в группе прегабалина после 4 и 8 нед. лечения. В сравнении со стандартной терапией прегабалин обеспечивал достоверное уменьшение боли через 4 и 8 нед.; кроме того, значительно больше пациентов в группе прегабалина достигли клинически значимого уменьшения боли (39,2 vs 20,0 %; р = 0,002). Достоверные преимущества прегабалина также наблюдались в отношении функциональных возможностей. При этом врачи и пациенты высоко оценили общую эффективность препарата и его хорошую переносимость: серьезные побочные эффекты не были зарегистрированы ни у одного пациента.

Посттравматическая периферическая нейропатическая боль: эффективность прегабалина

Посттравматическая периферическая нейропатическая боль (ППНБ) возникает после повреждения периферических нервов в результате травм или хирургических вмешательств. С учетом того, что есть много причин развития ППНБ, общая распространенность данной патологии неизвестна. Однако существуют оценки некоторых из возможных причин; например, частота хронической послеоперационной боли после некоторых видов хирургических вмешательств может достигать 5–50  % [25].

С учетом значимости данной медицинской проблемы были проведены два рандомизированных конт–ролируемых исследования прегабалина для лечения ППНБ.

В первое из них T.M. Jenkins (2012) было включено 25 пациентов с хронической послеоперационной болью длительностью более 3 месяцев. Пациенты были рандомизированы к получению в течение 2 недель прегабалина или плацебо, затем после 2-недельного периода лечение меняли местами еще на 2 недели. Прегабалин назначали в нарастающих дозах: 75 мг вечером в 1-й день, 150 мг/день в 2 приема во 2-й и 3-й день, 75 мг утром и 150 мг вечером в 4-й день, 300 мг/день в 2 приема в 5–15-й дни. В результате исследования было выяснено, что прегабалин достоверно уменьшал выраженность боли по сравнению с плацебо [39].

В следующее рандомизированное контролируемое исследование R. van Seventer (2010) было включено 254 пациента с ППНБ (включая хроническую послеоперационную боль). Прегабалин назначали в дозах 150–600 мг/день в течение 8 недель.

Результаты лечения продемонстрировали преимущество прегабалина в снижении выраженности боли, улучшении сна и уменьшении тревоги по сравнению с плацебо. Также в группе, получающей прегабалин, большее количество пациентов сообщило об улучшении общего состояния по сравнению с плацебо. Побочные эффекты привели к прекращению лечения у 20 % пациентов в группе с прегабалином и 7 % пациентов в плацебо-группе. Наиболее частыми побочными эффектами в группе с прегабалином были головокружение и сонливость; они носили легкий/умеренный характер [40].

Таким образом, прегабалин — препарат первой линии в лечении периферической нейропатической боли различного генеза — болевой диабетической полинейропатии, постгерпетической невралгии, посттравматической периферической нейропатической боли и хронической боли в спине. Прегабалин способствует эффективному купированию боли, уменьшает симптомы депрессии, тревоги и инсомнии, улучшает работоспособность и качество жизни пациентов.

Представителем прегабалина на фармацевтическом рынке Украины является препарат отечественного производства Прегадол (ПАО НПЦ «Борщаговский ХФЗ»), выпускаемый в дозировках 75 и 150 мг. Преимуществом данного препарата является доступная для украинского потребителя цена при условии высокого качества, которое гарантируется производством в соответствии с требованиями стандартов GMP.

Подготовила Татьяна Чистик 


Bibliography

1. Камчатнов П.Р. Нейропатическая боль: проблемы и решения // Фармацевтический вестник. — 2007. — № 30 (477).

2. Алексеев В.В., Яхно Н.Н. Боль // Болезни нервной системы: руководство для врачей / Под ред. Н.Н. Яхно и Д.Р. Штульмана. — М.: Медицина, 2001. — 106-24.

3. Данилов А.Б. Нейропатическая боль // Нейромедиа. — 2003. — 86.

4. Никифоров А.С., Коновалов А.Н., Гусев Е.И. Клиническая неврология. — М.: Медицина, 2002.

5. Камчатнов П.Р. Нейропатическая боль — возможность применения прегабалина // Consilium Medicum. — 2007. — № 02.

6. Данилов А.Б., Давыдов О.С. Эпидемиология нейропатической боли // Боль. — 2007. — № 4 (17). —
С. 12-16.

7. Крыжановский Г.Н. Дисрегуляционная патология: руководство для врачей и биологов. — М.: Медицина, 2002.

8. Гусев Е.И., Камчатнов П.Р. Пластичность головного мозга в норме и патологии // Журнал невропатол. и психиатр. им. С.С. Корсакова. — 2003. — 11. — 44-8.

9. Кукушкин М.Л., Хитров Н.К. Общая патология боли. — М.: Медицина, 2004.

10. Carey T.S., Evans A.T., Hadler N.M. et al. Acute severe low back pain. A population-based study of prevalence and care-seeking // Spine. — 1996. — 21 (3). — 339-44.

11. Loney P.L., Stratford P.W. The prevalence of low back pain in adults: a methodological review of the literature // Phys. Ther. — 1999. — 79 (4). — 384-96.

12. Berger A., Dukes E.M., Oster G. Clinical characteristics and economic costs of patients with painful neuropathic disorders // J. Pain. — 2004. — 5 (3). — 143-9.

13. Attal N., Cruccu G., Baron R. et al. European Fede–ration of Neurological Societies // Eur. J. Neurol. — 2010. — 17 (9). — 1113-88.

14. Freynhagen R., Rolke R., Baron R. et al. Pseudoradicular and radicular low-back pain: a disease continuum rather than different entities? Answers from quantitative sensory testing // Pain. — 2008. — 135 (1-2). — 65-74.

15. Hansson P., Fields H., Hill R., Marchettini P. Neuropathic pain: pathophysiology and treatment, progress in pain research and management. — Seattle, WA: IASP Press, 2001. — 21. — 151-67.

16. Jacquy J., Lossignol D., Sternon J. Pregabalin (Lyrica) and neuropathic pain syndromes // Rev. Med. Brux. — 2006. — 27 (5). — 445-50.

17. Kim J., Bashford G., Murphy T. Safety and efficacy of pregabalin in patients with central post-stroke pain // Pain. — 2011. — 152 (5). — 1018-123.

18. Korff M., Saunders K. The course of back pain in primary care // Spine. — 1996. — 21. — 2833-7.

19. Kroenke K., Krebs E., Bair M. Pharmacotherapy of chronic pain: a synthesis of recommendations from syste-matic reviews // Gen. Hosp. Psychiat. — 2009. — 31 (3). — 206-19.

20. Vinik A., Casellini C. Guidelines in the management of diabetic nerve pain: clinical utility of pregabalin // J. Diabetes Met Syndrome Obesity. — Targets Ther. — 2013. — 6. — 57-78.

21. Строков И.А., Фокина А.С. Современная терапия невропатической боли // Эффективная фармакотерапия. Неврология и Психиатрия. — 2012. — № 3.

22. Finnerup N.B., Otto M., McQuay H.J. et al. Algorithm for neuropathic pain treatment — an evidence based proposal // Pain. — 2005. — Vol. 118 (3). — P. 289-305.

23. Clinical practice guidelines for management of neuropathic pain: expert panel recommendations for South Africa / Chetty S., Baalbergen E., Bhigjee A.I. et al. // S. Afr. Med. J. — 2012. — № 102. — P. 312-325.

24. Hall G.C., Morant S.V., Carrol D. et al. An observational descriptive study of the epidemiology and treatment of neuropathic pain in a UK general population // BMC Family Practice. — 2013. —14. — 28.

25. Амелин А.В. Прегабалин в лечении спондилогенной радикулопатии // Русский медицинский журнал. — 2013. — № 10.

26. Sabatowski R., Galvez R., Cherry D.A. 1008-045 Study Group. Pregabalin reduces pain and improves sleep and mood disturbances in patients with post-herpetic neuralgia: results of a randomised, placebo-controlled clinical trial // Pain. — 2004. — 109 (1-2). — 26-35.

27. Huizinga M.M., Peltier A. Painful diabetic neuropathy: A management-centered review // Clin. Diabetes. — 2007. — V. 25, № 1. — P. 6-15.

28. Rosenstock J., Tuchman M., LaMoreaux L., Sharma U. Pregabalin for the treatment of painful diabetic peripheral neuropathy: a double-blind, placebo-controlled trial // Pain. — 2004. — 110 (3). — 628-38.

29. Freeman R., Durso-Decruz E., Emir B. Efficacy, safety, and tolerability of pregabalin treatment for painful diabetic peripheral neuropathy: findings from seven randomized, controlled trials across a range of doses // Diabetes Care. — 2008. — V. 31, № 7. — P. 1448-1154.

30. Zhang S.S., Wu Z., Zhang L.C. et al. Efficacy and safety of pregabalin for treating painful diabetic peripheral neuropathy: a meta-analysis // Acta Anaesthesiol. Scand. — 2015. — V. 59, № 2. — P. 147-159.

31. Johnson R.W., Rice A.S. Clinical practice. Postherpetic neuralgia // N. Engl. J. Med. — 2014. — V. 371, № 16. — P. 1526-1533.

32. Dworkin R., Corbin A., Young J. Jr et al. Pregabalin for the treatment of postherpetic neuralgia: a randomized, placebo-controlled trial // Neurology. — 2003. — 60 (8). — 1274.

33. Sabatowski R., Gálvez R., Cherry D.A. et al. Pregabalin reduces pain and improves sleep and mood disturbances in patients with post-herpetic neuralgia: results of a randomised, placebo-controlled clinical trial // Pain. — 2004. — V. 109, № 1-2. — P. 26-35.

34. Stacey B.R., Barrett J.A., Whalen E. et al. Pregabalin for postherpetic neuralgia: placebo-controlled trial of fixed and flexible dosing regimens on allodynia and time to onset of pain relief // J. Pain. — 2008. — V. 9, № 11. — P. 1006-1017.

35. van Seventer R., Feister H.A., Young J.P. Jr et al. Efficacy and tolerability of twice-daily pregabalin for treating pain and related sleep interference in postherpetic neuralgia: a 13-week, randomized trial // Curr. Med. Res. Opin. — 2006. — V. 22, № 2. — P. 375-384.

36. Baron R. et al. // Pain. — 2010. — 150. — 420-427.

37. Saldana M.T., Navarro A., Perez C. et al. Patient-reported-outcomes in subjects with painful lumbar or cervical radiculopathy treated with pregabalin: evidence from medical practice in primary care settings // Rheumatol. Int. — 2010. — Vol. 30 (8). — P. 1005-1015.

38.Taguchi T. et al // Pain Res. — 2015. — 8. — 487-497.

39. Jenkins T.M., Smart T.S., Hackman F. et al. Efficient assessment of efficacy in post-traumatic peripheral neuropathic pain patients: pregabalin in a randomized, placebo-controlled, crossover study // J. Pain Res. — 2012. — V. 5. — P. 243-250.

40. van Seventer R., Bach F.W., Toth C.C. et al. Pregabalin in the treatment of post-traumatic peripheral neuropathic pain: a randomized double-blind trial // Eur. J. Neurol. — 2010. — V. 17, № 8. — P. 1082-1089.


Back to issue