Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.

Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.



СІМЕЙНІ ЛІКАРІ ТА ТЕРАПЕВТИ
день перший
день другий

АКУШЕРИ ГІНЕКОЛОГИ

КАРДІОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, РЕВМАТОЛОГИ, НЕВРОЛОГИ, ЕНДОКРИНОЛОГИ

СТОМАТОЛОГИ

ІНФЕКЦІОНІСТИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, ГАСТРОЕНТЕРОЛОГИ, ГЕПАТОЛОГИ
день перший
день другий

ТРАВМАТОЛОГИ

ОНКОЛОГИ, (ОНКО-ГЕМАТОЛОГИ, ХІМІОТЕРАПЕВТИ, МАМОЛОГИ, ОНКО-ХІРУРГИ)

ЕНДОКРИНОЛОГИ, СІМЕЙНІ ЛІКАРІ, ПЕДІАТРИ, КАРДІОЛОГИ ТА ІНШІ СПЕЦІАЛІСТИ

ПЕДІАТРИ ТА СІМЕЙНІ ЛІКАРІ

АНЕСТЕЗІОЛОГИ, ХІРУРГИ

"News of medicine and pharmacy" 10(245) 2008

Back to issue

Мы хотим сами влиять на реформы в системе здравоохранения

К сожалению, когда-то очень уважаемая профессия медицинского работника сегодня стала почти синонимом бедности, поскольку именно врачей наряду с учителями упоминают, когда речь заходит о низкооплачиваемых профессиях. Не в такой ли оценке государством высококвалифицированного, психологически и физически тяжелого труда работников отрасли здравоохранения кроется причина недоразумений и взаимных претензий медиков и пациентов? О том, смогут ли они понять друг друга и что для этого необходимо сделать, — интервью с экс-министром здравоохранения, директором Национального научно-исследовательского института хирургии и трансплантологии им. А. Шалимова, председателем президиума недавно созданной всеукраинской общественной организации «Украинский медицинский союз» Юрием Поляченко.

— Юрий Владимирович, о необходимости реформирования медицинской отрасли сказано очень много, но что конкретно в результате должно быть изменено, понятно не всем...

— Сразу отмечу, что нет ни одной страны в мире, где население было бы удовлетворено своей моделью медицинского обеспечения, то есть идеальной модели вообще не существует. А что касается Украины, то мы сегодня имеем утвержденную правительством и подписанную Президентом Украины программу реформирования отрасли, которая предусматривает создание так называемой модели бюджетно-страховой медицины. То есть приоритетами государства будут такие национальные вызовы, как онкология, СПИД, туберкулез и другие опасные инфекционные заболевания, кардиохирургия, охрана материнства и детства. Финансирование этих программ в полном объеме и медицинского обслуживания незащищенных слоев населения государство должно взять на себя. А все остальное должно финансироваться за счет взносов обязательного медицинского страхования.

Думаю, что нынешним руководством Минздрава сейчас прорабатывается именно эта модель. Министр здравоохранения Василий Князевич заявлял, что в ближайшее время будет принят закон об обязательном медицинском страховании и через 3 года Украина перейдет на новую модель медицинского обслуживания. Это, на мой взгляд, слишком оптимистичный сценарий, реально потребуется как минимум 5 лет.

— А чем новая модель будет отличаться от существующей и как она улучшит положение рядового пациента? Ведь сейчас тоже есть государственные программы, а больному все равно приходится самому за все платить!

— Во-первых, мы отойдем от классического принципа распределения средств, и государство будет финансировать уже не койко-день, а услуги, которые будут предоставляться в конкретных медицинских учреждениях.

Но прежде чем перейти к этой модели, нужно принять ряд законов, в частности и о статусе медицинских учреждений. Они должны стать неприбыльными организациями, которые могут в пределах зарабатываемых средств их перераспределять и определять собственные приоритеты. Условно говоря, терапевтическое отделение какой-то больницы может работать как дневной стационар, а, например, хирургия — круглосуточно, в том числе и в режиме скорой помощи. Это уже должна решать администрация учреждения. Больницы также смогут оптимизировать коечный фонд, сокращать который им сейчас не позволяет 49-я статья Конституции Украины.

— То есть медицина, которая сейчас выполняет социальную функцию, в результате такого реформирования должна стать бизнесом?

— Нет, она должна выполнять оптимизированную социальную функцию! Но сначала нам необходимо сделать акцент на первичное звено: помочь медицинским работникам материально, вывести на уровень среднего украинца, при помощи социальной защиты повысить престиж их профессии. Далее можно будет стимулировать их заинтересованность в том, чтобы работать не только на лечение, но и на профилактику заболеваний. Это так называемая канадская модель, где врачи заинтересованы в том, чтобы у них было меньше больных, и тогда по договору с местной администрацией они получают большую заработную плату. То есть речь идет также о механизме перераспределения средств.

— Но мы вновь оперируем экономическими категориями. А есть ли в этой системе координат такие понятия, как сочувствие к чужой боли? Ведь не секрет, что врачи стали более черствыми...

— Как раз одной из задач Украинского медицинского союза является не только экономическая и социальная помощь медицинским работникам, но еще и изменение философии их отношения к пациентам. Мы знаем, что у нас есть свои врожденные и приобретенные недостатки и избавляться от них придется не один год. Но мы должны начать процесс самоочищения. Для этого мы хотим утвердить так называемый Медицинский кодекс, соблюдение которого врачами вернет к ним уважение общества и позволит снова стать моральным авторитетом для него. Речь идет о правилах поведения врача в современных условиях. Мы не можем постоянно жаловаться, что общество нас не уважает, недооценивает и т.д. Простите, мы же сами вступили в конфликт с обществом, в некоторых случаях требуя деньги у больных или отказывая в профессиональной помощи! К сожалению, это сегодня существует.

90 процентов наших медиков добросовестно работают, несмотря на условия жизни и отношение общества, и действительно делают все от них зависящее, чтобы помочь больным. Но конфликт с обществом уже сейчас так далеко зашел, что если он будет продолжаться еще 3–5 лет, мы придем к так называемой точке невозвращения, когда другие отношения, кроме материальных, станут уже невозможными. Мы не хотим потерять то бесценное достояние нашего отечественного врача, у которого в первую очередь срабатывали моральные рычаги, а потом уже экономические. То есть Медицинский кодекс — это возобновление моральной ответственности перед пациентом.

— А медики не воспримут его как дополнительное давление на них, мол, им и так тяжело живется, а здесь еще какие-то требования...

— Воспримут, если вынуждать их подписывать какие-то бумаги. А если мы будем встречаться с коллективами и пропагандировать принципы поведения, которые позволят медикам стать моральным авторитетом для гражданского общества, у нас есть надежда, что они Медицинский кодекс воспримут правильно.

— Вы неоднократно заявляли, что Украинский медицинский союз начинает диалог с обществом. И какой первый вопрос вы хотите с ним обсудить?

— Сначала мы проведем внутреннюю дискуссию с медиками о том, чего мы хотим от общества: социальной защиты, внедрения экономических рычагов и т.д.

— Вы ее будете вести путем опроса медицинских работников?

— Нет, путем обсуждения и утверждения программы Украинского медицинского союза. В течение ближайших 2–3 месяцев члены президиума нашей организации будут ездить в регионы, общаться на местах и наиболее острые вопросы вносить в эту программу. Потом мы ее обсудим, утвердим на общеукраинском съезде в сентябре — октябре и будем выполнять.

Условно говоря, чтобы модель системы здравоохранения нормально работала, мы должны поставить себе диагноз, провести консилиум, а потом тактически и стратегически начать лечить эту систему и нас самих.

Кроме того, мы будем работать над законопроектами, на что у Минздрава просто не хватает времени. У нас как у общественной организации, которой не нужны какие-то правительственные решения или согласования, есть возможность собрать медиков, законодателей, экономистов под одной крышей и выдать, условно говоря, готовый документ.

Например, мы недавно презентовали законопроект о социальной защите медиков. Он сырой, недоработанный, но основные статьи абсолютно нормально воспринимаются народными депутатами-медиками и членами правительства. И вокруг этого законопроекта уже началась дискуссия, доработка. То же самое будет с законами о защите прав врачей, прав пациентов, о статусе медицинского учреждения и т.д. А третий этап — это уже дискуссия с обществом, например, относительно закона о трансплантации или о 49-й статье Конституции, которая вынуждает медицинскую отрасль, единственную среди всех, работать в нерыночных условиях!

— Что будет означать членство в Украинском медицинском союзе для рядового врача?

— Право на персональную защиту — юридическую, социальную и т.д. У нас предусмотрено и коллективное членство, когда в УМС будут вступать ассоциации и неправительственные организации, и индивидуальное.

— То есть если к вам обратится не член Украинского медицинского союза, вы ему откажете в защите?

— Конечно, нет, будем защищать всех! Но чтобы к нашему мнению начали прислушиваться, нам нужно нарастить мышцы и показать, что мы массовая организация, а не какая-то киевская ячейка во главе с бывшим министром, который хочет что-то сделать.

— Кстати, почему бывшего министра и нынешнего директора одного из ведущих медицинских институтов страны так волнуют эти проблемы?

— Я шел к этому проекту очень долго, еще со времен когда-то мощной общественной организации врачей «Пульс Украины», у которой были серьезные перспективы, но, к сожалению, она распалась вследствие разнообразных политических перипетий. Но тогда не были четко сформулированы цели, не было возможности объединения, не хватало в том числе и материальных ресурсов. Чтобы их получить, нужно было вести переговоры с несколькими очень мощными фондами и меценатами, которые восприняли нашу организацию идеологически, не привязываясь к политике, а это в наше время очень тяжело. Мы сознательно выжидали, пока закончатся все выборы — досрочные парламентские, киевского городского головы, чтобы никто не обвинял нас в политике.

Откровенно говоря, к нам сейчас поступает много предложений о поддержке от политических сил. Они говорят, что им интересен наш проект, и предлагают работать вместе. Но мы хотим всем заявить, что Украинский медицинский союз — это общественная организация, которая создается для того, чтобы уже через год с готовой программой прийти к обществу и сказать, что мы хотим изменить.

— А обычные врачи уже знают, что о них начинает заботиться еще одна общественная организация? Как они воспринимают вашу идею?

— Пока не все о нас знают. Но во время благотворительного концерта ко Дню медицинского работника во Дворце «Украина» мы общались с 5 тыс. медработников из Киева и регионов. Они не просто поддерживают эту идею, но и говорят, что она уже перезрела! Рядовые медики сегодня готовы массово вступать в организацию, чтобы было к кому обратиться и чтобы делать политику для себя. Этот девиз для них очень понятен. Им никто не обещает повышения заработной платы с завтрашнего дня, поскольку никто в это не поверит. Но когда мы честно между собой решим, что мы идем этим путем и они нас поддержат, мы сможем многого достичь.

— Чего бы вы пожелали своим коллегам накануне Дня медицинского работника?

— Во-первых, иного отношения к ним, в первую очередь со стороны общества, так как они, по большому счету, все же его заслужили. Во-вторых, выдержки, поскольку время у нас сейчас тяжелое. А в-третьих, оптимизма и веры в то, что мы для них что-то сделаем!

Беседу вела Надежда Юрченко



Back to issue