Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.


Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

International neurological journal 7 (93) 2017

Back to issue

Clinical and pathogenetic background for the use of pregabalin in the treatment of diseases associated with central neuropathic pain

Categories: Neurology

Sections: Specialist manual

print version


Summary

Прегабалін, як один з основних препаратів першої лінії лікування центрального нейропатичного болю, зменшує інтенсивність больового синдрому, покращує показники фізичної активності, якість відпочинку і сну, психологічний статус, загальне самопочуття і якість життя пацієнтів. Дані клінічних досліджень і продемонстрований в експериментальних роботах позитивний вплив на нейроімунні аспекти нейропатичного болю, регенерацію нейронів, антиоксидантні і нейропротекторні властивості препарату відкривають нові перспективи клінічного застосування прегабаліну в неврологічній практиці як ефективного і безпечного засобу терапії центрального нейропатичного болю при пошкодженнях спинного і головного мозку, синдромі Дежерина — Руссі, хворобі Леві і хворобі Паркінсона, при демієлінізуючих захворюваннях центральної нервової системи, у тому числі при розсіяному склерозі і низці інших захворювань.

Прегабалин, являясь одним из основных препаратов первой линии лечения центральной нейропатической боли, уменьшает интенсивность болевого синдрома, улучшает показатели физической активности, качество отдыха и сна, психологический статус, общее самочувствие и качество жизни пациентов. Данные клинических исследований и продемонстрированное в экспериментальных работах позитивное влияние на нейроиммунные аспекты нейропатической боли, регенерацию нейронов, антиоксидантные и нейропротекторные свойства препарата открывают новые перспективы клинического применения прегабалина в неврологической практике в качестве эффективного и безопасного средства терапии центральной нейропатической боли при повреждениях спинного и головного мозга, синдроме Дежерина — Русси, болезни Леви и болезни Паркинсона, при демиелинизирующих заболеваниях центральной нервной системы, в том числе при рассеянном склерозе и ряде других заболеваний.

Pregabalin being one of the main first-line drugs for central neuropathic pain reduces the severity of the pain syndrome, improves the indices of physical activity, the quality of rest and sleep, the psychological status, overall well-being and quality of life of patients. The data of clinical trials and the positive effects on neuroimmune aspects of neuropathic pain, neuronal regeneration, antioxidant and neuroprotective properties of the drug demonstra­ted in experimental studies open new prospects for the clinical use of pregabalin in neurological practice as an effective and safe agent for the treatment of central neuropathic pain in spinal and brain injuries, Dejerine-Roussy syndrome, Levy’s disease and Parkinson’s disease, with demyelinating diseases of the central nervous system, including multiple sclerosis and many others.


Keywords

центральний нейропатичний біль; габапентиноїди; прегабалін; спинномозкова травма; постінсультний больовий синдром; синдром Дежерина — Руссі; розсіяний склероз; хвороба Леві

центральная нейропатическая боль; габапентиноиды; прегабалин; спинномозговая травма; постинсультный болевой синдром; синдром Дежерина — Русси; рассеянный склероз; болезнь Леви

central neuropathic pain; gabapentinoids; pregabalin; spinal trauma; post-stroke pain syndrome; Dejerine-Roussy syndrome; multiple sclerosis; Levy’s disease

От хронической боли страдает около трети населения Земли, у 4–8 % жителей экономически развитых стран мира возникновение хронического болевого синдрома связано с поражением или заболеванием соматосенсорной нервной системы — с нейропатической болью. Ее распространенность неуклонно возрастает параллельно увеличению средней продолжительности жизни и выживаемости ранее неизлечимых больных (с онкологическими и аутоиммунными заболеваниями, с тяжелыми пороками развития, перенесших тяжелую травму), а также в связи с прогрессированием пандемии ожирения, диабета, увеличением числа инфицированных нейротропными вирусами (в т.ч. герпесвирусами, ВИЧ) [1–3]. Нейропатическая боль отличается от ноцицептивной более длительной персистенцией, особенностями клинических проявлений (обжигающая или стреляющая боль со склонностью к миграции и распространению), развитием гиперестезии, гипералгезии (часто в комбинации с гипестезией и гипоалгезией), аллодинии, сочетанием с вегетативными и моторными расстройствами, резистентностью к традиционной анальгезирующей терапии [4, 5]. 
Пациенты с нейропатической болью чаще испытывают беспокойство, депрессию, страдают нарушениями сна и сообщают о низком общем качестве жизни [6, 7]. По прогнозам P. Zis и соавт. [8], около 13 % пожилых людей планеты могут быть подвержены одновременно двум заболеваниям, в патогенезе которых принимает участие нейровоспаление, — хронической боли и депрессии, что делает актуальным поиск лекарственных средств, способных воздействовать на неврологический и психологический статус пациента. Одним из таких препаратов является прегабалин — аналог тормозного нейротрансмиттера гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК), который, помимо противоэпилептического действия, обладает анальгетическим и анксиолитическим эффектами.

Влияние прегабалина на патогенез нейропатической боли

Современная концепция возникновения болевой гиперчувствительности предполагает наличие связи аберрантной возбудимости нейронов дорсальных рогов спинного мозга с дисфункцией тормозных вставочных нейронов, гиперактивностью глиальных и иммунных клеток центральной нервной системы [9]. Важная роль в реализации механизмов нейропатической боли принадлежит глутаматным рецепторам — AMPA (рецептор α-амино-3-гидрокси-5-метил-4-изоксазолпропионовой кислоты) и NMDA (рецептор N-метил-D-аспартата), ответственным за трансмембранный транспорт положительно заряженных ионов, в первую очередь кальция [10]. 
Влияние прегабалина на патогенез нейропатической боли преимущественно связано с блокированием притока кальция через вольтажзависимые кальциевые каналы (VGCC — voltage gated Ca2+ channels) в пресинаптические окончания нейронов, расположенных в задних рогах спинного мозга, гипоталамусе, гиппокампе, обонятельных луковицах, миндалевидном теле, мозжечке и коре головного мозга [11]. Также предполагают, что этот препарат способен активировать открытие АТФ-чувствительных калиевых каналов (KATP) [12]. 
Взаимодействие прегабалина с aльфа2-дельта-протеином — вспомогательной субъединицей VGCC приводит к уменьшению выделения в нейрональные синапсы нейропептидов (субстанция Р, связанный с геном кальцитонина пептид — CGRP) и глутамата, что сопровождается снижением глутаматной стимуляции NMDA-рецепторов [13]. Развивающееся в результате торможение гипервозбудимости и уменьшение аномальной синхронизации нейронов проявляется обезболивающим, противосудорожным и анксиолитическим эффектами препарата [14, 15]. 
M. Kremer и соавт. в своих работах [16, 17] описали ряд других возможных механизмов воздействия прегабалина на патогенез нейропатической боли:
— влияние на нейроиммунные аспекты, в частности подавление синтеза провоспалительных цитокинов, снижение повышенной продукции фактора некроза опухоли;
— активация нисходящей норадренергической антиноцицептивной системы;
— антиаллодинический эффект, реализуемый без вовлечения эндогенной опиоидной системы.
Дополнительными предпосылками использования прегабалина в лечении центральной нейропатической боли служат выявленные в эксперименте способности прегабалина:
— улучшать регенерацию аксонов при повреждениях ЦНС [18]; 
— улучшать общую морфологию спинного мозга, уменьшать потери синаптических связей и выраженность астроглиальной реакции на фоне аутоиммунного энцефаломиелита, индуцированного иммунизацией антигенами белковых компонентов миелина [19];
— ускорять процессы восстановления миелина и глиальной активации после фокальной демиелинизации при экспериментально индуцированном рассеянном склерозе (РС) [20]; 
— антиоксидантная активность, проявляющаяся повышением уровня антиоксидантов (глутатионпероксидазы и каталазы) и снижением количества продуктов перекисного окисления липидов, что, по мнению S. Aşcı и соавт., позволяет рекомендовать прегабалин в качестве нейропротекторного средства для лечения последствий церебральной ишемической и реперфузионной травмы [21]. 
Особо важное значение для оценки возможностей позитивного терапевтического воздействия прегабалина при травмах ЦНС имеет выявленная А. Tedeschi и соавт. роль гена Cacna2d2, кодирующего α2-δ2-протеин VGCC- каналов, в торможении процессов роста и регенерации нейрональных аксонов [18]. В эксперименте in vivo фармакологическая блокада α2-δ-протеина в первые часы после повреждения спинного мозга путем введения прегабалина значительно улучшала регенерацию аксонов. 

Место прегабалина среди препаратов для лечения нейропатической боли 

Прегабалин в числе противоэпилептических препаратов из подгруппы габапентиноидов включен во все современные международные и национальные практические руководства по лечению нейропатической боли. К примеру, Канадское общество по изучению боли (Canadian Pain Society) рекомендует использование этих препаратов в качестве средств первой линии терапии нейропатической боли наряду с трициклическими антидепрессантами, ингибиторами обратного захвата серотонина и норадреналина, карбамазепином (препарат выбора при идиопатической невралгии тройничного нерва) [22]. Это руководство и еще 15 аналогичных документов, среди которых рекомендации, представленные Международной ассоциацией по изучению боли (IASP), Европейской федерацией неврологических обществ (EFNS), Британским национальным институтом здравоохранения и усовершенствования медицинского обслуживания (NICE), были проанализированы в систематическом обзоре с оценкой методологии и качества рекомендаций на основе жестких критериев AGREE II (Appraisal of Guidelines Research and Evaluation II) [23]. Наиболее последовательными были признаны рекомендации, предполагающие назначение прегабалина в числе препаратов первой линии лечения нейропатической боли наряду с габапентином, низкодозовыми трициклическими антидепрессантами и ингибиторами обратного захвата серотонина и норадреналина — дулоксетином и венлафаксином. 
Согласно действующим рекомендациям EFNS, прегабалин может применяться в качестве препарата выбора для лечения центральной нейропатической боли, при этом особо отмечена его эффективность при повреждениях спинного мозга [24]. Что касается терапии постинсультного болевого синдрома (в англоязычной литературе — CPSP, Central Post-Stroke Pain), то консенсус по этому вопросу окончательно не сформирован — авторитетный южнокорейский ученый J.S. Kim рекомендует использование прегабалина при неэффективности препарата первой линии — трициклического антидепрессанта амитриптилина [25], тогда как в недавно вышедшем австралийском руководстве (2017) прегабалин, наряду с амитриптилином, отнесен к первой линии терапии, а для второй одобрен ламотриджин [26]. 
Следует отметить, что прегабалин в сравнении с габапентином имеет целый ряд преимуществ: в 6 раз более высокую аффинность к α2-δ-протеину, большую скорость начала терапевтического действия, лучшую биодоступность, линейность фармакокинетики (табл. 1) [27, 28]. 
Прегабалин практически не метаболизируется в организме, не связывается с белками плазмы крови, выводится почками в неизмененном виде. От прочих препаратов, используемых для лечения нейропатической боли, его выгодно отличают: 
— отсутствие влияния на биотрансформацию других лекарственных веществ;
— отсутствие ульцерогенного воздействия на слизистую желудочно-кишечного тракта, гепато- и нефротоксичности, присущих нестероидным противовоспалительным препаратам (НПВП); 
— отсутствие холинолитического (сухость во рту, запоры, задержка мочеиспускания, нарушение зрения) и сердечно-сосудистого (тахикардия, нарушения ритма и проводимости, ортостатическая гипотензия) побочных эффектов, свойственных трициклическим антидепрессантам; 
— прегабалин не вызывает лекарственной зависимости, развития толерантности, тошноты и рвоты, констипации, респираторной депрессии (в случаях резкого повышения дозы или при передозировке), как это нередко отмечается при приеме опиоидов [29].

Клиническое применение прегабалина при центральной нейропатической боли

В последнее десятилетие значительно возросло число исследований, посвященных вопросам рационального использования прегабалина в лечении центральной нейропатической боли [30–33], которая может сопровождать значительное количество патологических состояний, в том числе: 
— миелопатии различного генеза: компрессионную (при стенозе спинномозгового канала), посттравматическую, сосудистую, пострадиационную, ВИЧ-обусловленную;
— постинсультный болевой синдром, синдром Дежерина — Русси;
— опухоли и травмы спинного мозга;
— сирингомиелию;
— фуникулярный миелоз;
— рассеянный склероз;
— болезнь Паркинсона.
Одной из наиболее частых причин возникновения центральной нейропатической боли является травма спинного мозга: у более половины пациентов в течение нескольких дней или недель после повреждения развиваются резистентные к традиционной анальгезирующей терапии хронические или рецидивирующие боли жгучего, стреляющего, пронзающего характера в сочетании с гипералгезией [34]. Международная группа исследователей из США, Канады, Швеции и Германии под руководством J.J. Cragg, проанализировав данные проспективного многоцентрового обсервационного когортного исследования, выяснила, что через месяц после перенесенной спинномозговой травмы о наличии нейропатической боли сообщили 28 % обследованных, при этом у пациентов, получавших противосудорожные препараты (в том числе прегабалин) в период до 1 месяца после травмы, отмечено значительное снижение интенсивности боли (2 балла за 1 год, р < 0,05) и более быстрое восстановление показателей моторики (7,3 балла за 1 год; р < 0,05) [35]. 
Эффективность прегабалина изучалась в многоцентровом рандомизированном клиническом исследовании (РКИ), проведенном австралийскими учеными, в котором приняли участие 137 пациентов с постоянной нейропатической болью продолжительностью не менее 3 месяцев и интенсивностью не менее 40 мм по визуальной аналоговой шкале (ВАШ), возникшей в результате перенесенной более 1 года назад спинномозговой травмы с полным или неполным нарушением проводимости спинного мозга [36]. Большинство пациентов (79 %) до включения в исследование уже получали обезболивающие препараты, в том числе 25 % — габапентин, прием которого прекращался по меньшей мере за 1 неделю до начала исследования. В группу прегабалина (в дозах от 150 до 600 мг/сут) были рандомизированы 70 пациентов и 67 — в группу плацебо. В течение 12-недельного периода лечения оценивалась динамика интенсивности болевого синдрома в соответствии с числовой оценочной шкалой NRS (Numerical Rating Scale, 0–10), а также показатели ежедневного индекса сна и шкалы клинической оценки его нарушений, данные сокращенной формы опросника Мак-Гилла (SF-MPQ), клинической шкалы беспокойства и депрессии (HADS), результаты оценки пациентом общей динамики своего состояния на момент завершения исследования. Примечательно, что в группе плацебо около трети участников (30 %) выбыли из исследования на ранней стадии в связи с отсутствием эффективности, тогда как в группе прегабалина их число составило лишь 7 %. Позитивный эффект прегабалина проявился уже на первой неделе и сохранялся до конца исследования, при этом у пациентов, получавших прегабалин, по сравнению с группой плацебо выявлено значительное улучшение показателей боли по шкале NRS: у пациентов с полным нарушением проводимости этот показатель снизился на 1,79 (p < 0,001) балла, при неполном поражении — на 1,25 (p < 0,05), тогда как в группе плацебо — на 0,46 балла. Уменьшение интенсивности боли на фоне включения в терапию прегабалина сопровождалось существенной динамикой качества и продолжительности сна, всех параметров SF-MPQ и показателей тревоги по шкале HADS (без достоверной динамики показателей депрессии). Как подчеркивает N.B. Finnerup, рассчитанный в этом исследовании показатель NNT (Number needed to treat) для облегчения боли оказался на 50 % выше (в среднем 7,1), чем в большинстве работ, оценивающих эффективность прегабалина в лечении периферической нейропатической боли [33]. 
Статистический анализ РКИ с участием 181 пациента с повреждением спинного мозга позволил выявить позитивное влияние прегабалина на основные параметры нейропатической боли — интенсивность, снижение порога болевой чувствительности, частоту кратковременной боли в сочетании с улучшением качества сна и зависящей от этих показателей функциональной активности обследованных [37].
Эффективность применения различных дозировок прегабалина (фиксированные дозы 150, 300 и 600 мг, а также титрованные в пределах 150–600 мг/сут) была проанализирована в масштабном ретроспективном исследовании, оценившем данные РКИ, посвященных лечению постгерпетической невралгии и нейропатической боли после спинномозговой травмы [38]. Подтверждено, что прегабалин во всех дозовых режимах значительно снижает (в сравнении с плацебо) степень интенсивности боли и выраженность нарушений сна. Примечательно, что одновременное назначение дополнительных препаратов для лечения нейропатической боли (опиоиды, антиконвульсанты, трициклические антидепрессанты, ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина, трамадол) существенно не влияло на профиль эффективности и безопасности прегабалина.
Для синдрома центральной постинсультной нейропатической боли (CPSP), и в частности синдрома Дежерина — Русси, развивающегося после инсульта в области таламуса, характерны резистентные к терапии тяжелые гемиалгии, аллодиния и дизестезия, снижение поверхностной и глубокой чувствительности [39]. Vranken и соавт. [40] представили результаты РКИ с участием 20 пациентов, рандомизированных для приема прегабалина из 40 пациентов с центральной нейропатической болью: 19 обследованных с CPSP (включая 4 больных с поражением таламуса и 3 — с кровоизлиянием в область ствола мозга) и 21 — со спинальной травмой (из них 11 больных с полным нарушением проводимости). Через 4 недели терапии с титрованием дозы прегабалина от 150 до 600 мг/сут интенсивность боли по ВАШ у получавших препарат снизилась в среднем на 2,5 балла (на 2,18 балла больше, чем в группе плацебо), а показатель NNT для облегчения боли на 50 % составил в среднем 3,3. Применение прегабалина позволило значительно улучшить общее состояние здоровья (по данным шкалы EQ-5D) и уменьшить число связанных с болью негативных ощущений (по данным подшкалы соматических болей SF36). Согласно оценке экспертов, полученные в этой работе данные подтвердили возможность достижения с помощью прегабалина эффективного контроля болевого синдрома и позитивной динамики общего состояния здоровья у пациентов с тяжелой центральной нейропатической болью, вызванной травмами головного и спинного мозга [30, 33].
Многоцентровое РКИ длительностью 13 недель с участием 219 пациентов с CPSP, из которых 110 пациентов получали прегабалин в дозах от 150 до 600 мг/сут, показало, что прием препарата приводил к более стойкому в сравнении с плацебо сохранению позитивной динамики интенсивности боли в течение 8 недель от начала исследования, также отмечено значительное улучшение качества сна, снижение уровня тревожности и улучшение общеклинической оценки состояния постинсультных пациентов [41]. 
Проанализировав представленные в Кокрановской базе обзоры, посвященные применению противоэпилептических препаратов в терапии нейропатической боли, P.J. Wiffen и соавт. [31] пришли к выводу, что, хотя лишь немногим пациентам удается достичь приемлемого уровня обезболивания, габапентиноиды являются единственными из этой группы лекарственных средств, при приеме которых отмечается достоверное снижение интенсивности боли не менее чем на 50 %, а также улучшение качества жизни и функциональных способностей пациентов. При этом авторы особо отмечают эффективность прегабалина в лечении центральной постинсультной боли [31]. 
В ряде работ продемонстрировано, что применение прегабалина целесообразно для купирования персистирующих или рецидивирующих нейропатических болей, развивающихся на фоне демиелинизирующих заболеваний центральной нервной системы, в том числе при рассеянном склерозе (РС) [42, 43]. Проведенный американскими учеными систематический обзор РКИ с последующим метаанализом относительной эффективности фармакологической терапии постгерпетической невралгии и нейропатической боли при других, более редко встречающихся заболеваниях, в том числе при рассеянном склерозе и миелопатии на фоне ВИЧ, выявил, что прегабалин в дозах более 300 мг/сут является наиболее эффективным препаратом для снижения индексов боли на ≥ 30 % и ≥ 50 % (относительный риск (ОР) — 2,44 против плацебо — 2,13) [44].
Деменция с тельцами Леви — вторая по частоте после болезни Альцгеймера нейродегенеративная деменция — проявляется синдромом паркинсонизма, прогрессирующим когнитивным расстройством и часто сопровождается центральной нейропатической болью. Выявленный позитивный эффект прегабалина при этой патологии К. Ukai и соавт. связывают со способностью низких доз препарата (25–50 мг/сут) предотвращать дегенерацию нейронов центральной нервной системы [45]. Анализ доступных литературных источников позволил авторам утверждать, что их исследование является первым сообщением об эффективности прегабалина в терапии центральной нейропатической боли, сопровождающей болезнь Паркинсона или болезнь Леви [45].
В работе японских ученых, посвященной безопасности, переносимости и эффективности прегабалина при длительном применении в дозах 150–600 мг/сут у пациентов с центральной нейропатической болью, связанной с травмой спинного мозга (60 пациентов), рассеянным склерозом (5 пациентов) и последствиями церебрального инсульта (38 пациентов), отмечено, что большинство нежелательных побочных эффектов от приема препарата, среди которых наиболее часто встречались сонливость, увеличение веса, головокружение или периферические отеки, были незначительными (у 89,1 % пациентов) или умеренными (9,2 %). Исследование показало, что в целом прегабалин хорошо переносится и обеспечивает устойчивую эффективность в течение всего 53-недельного периода терапии пациентов с хронической центральной нейропатической болью [46]. 
Представленный S. Ogawa и соавт. анализ, включающий результаты этой работы, а также других проведенных в Японии РКИ, изучавших эффективность применения прегабалина для лечения боли, связанной с травмой спинного мозга, постгерпетической невралгией и диабетической периферической нейропатией, свидетельствует, что использование прегабалина при всех этих патологических состояниях уже через 1 неделю от начала терапии способствовало существенной положительной динамике (в сравнении с плацебо) параметров боли и сна, при этом полученный эффект сохранялся на всем протяжении лечения [47]. На момент окончания исследований у пациентов, получавших прегабалин, чаще, чем в группе плацебо, отмечалось снижение интенсивности боли более чем на 30 %, кроме того, у пациентов с постгерпетической невралгией и диабетической периферической нейропатией выявлена позитивная динамика индексов общего самочувствия, а у тех, кто перенес спинномозговую травму, отмечено улучшение психологического состояния в соответствии с показателями шкалы тревожности и депрессии. Авторы работы сделали вывод о том, что сходство профилей эффективности прегабалина при заболеваниях различной природы, включающее время начала и выраженность клинического ответа на терапию, подтверждает возможность экстраполяции анальгетической эффективности этого препарата на другие патологические состояния, сопровождающиеся нейропатической болью.
Таким образом, прегабалин, являясь одним из основных препаратов первой линии лечения центральной нейропатической боли, уменьшает интенсивность болевого синдрома, улучшает показатели физической активности, качество отдыха и сна, психологический статус, общее самочувствие и качество жизни пациентов. Данные клинических исследований и продемонстрированное в экспериментальных работах позитивное влияние на нейроиммунные аспекты нейропатической боли, регенерацию нейронов, антиоксидантные и нейропротекторные свойства препарата открывают новые перспективы клинического применения прегабалина в неврологической практике в качестве эффективного и безопасного средства терапии центральной нейропатической боли при повреждениях спинного и головного мозга, синдроме Дежерина — Русси, болезни Леви и болезни Паркинсона, при демиелинизирующих заболеваниях центральной нервной системы, в том числе при рассеянном склерозе и ряде других заболеваний. 
NEOG-PIM-112017-043
Подготовила к.м.н. Виктория Николаенко

Bibliography

1. Sadosky A., McDermott A.M., Brandenburg N.A., Strauss M. A review of the epidemiology of painful diabetic neuropathy, postherpetic neuralgia and less commonly studied neuropathic pain conditions // Pain Pract. 2008; 8: P. 45-56.
2. Hall G.C., Morant S.V., Carroll D., Gabriel Z.L., McQuay H.J. An observational descriptive study of the epidemiology and treatment of neuropathic pain in a UK general population // BMC Fam. Pract. 2013; 14: 28.
3. Kautio A.L., Haanpaa M., Kautianen H., Kalso E., Saarto T. Burden of chemotherapy-induced neuropathy — a cross-sectional study // Support Care Cancer. 2011; 19: P. 1991-1998.
4. Халикова Е.Ю. Нейропатическая боль как компонент острой и хронической постоперационной и посттравматической боли: от диагностики к рациональной фармакотерапии // РМЖ. — 2014. — С. 38.
5. Викторов А.П. НПВЛС и фармакотерапия хронической боли: проблемы эффективности и безопасности // Раціональна фармакотерапія. — 2010. — № 4 (17). — С. 5-12.
6. Морозова О.Г., Ярошевский А.А. Нейропатическая боль: взгляд невролога // Новости медицины и фармации. Неврология. — 2010. — 339.
7. Doth A.H., Hansson P.T., Jensen M.P., Taylor R.S. The burden of neuropathic pain: A systematic review and meta-analysis of health utilities // Pain 2010; 149: Р. 338-344.
8. Zis P., Daskalaki A., Bountouni I., Sykioti P., Varrassi G., Paladini A. Depression and chronic pain in the elderly: links and management challenges // Clinical Interventions in Aging. 2017; 12: Р. 709-720. doi: 10.2147/CIA.S113576.
9. Tsuda M., Koga K., Chen T., Zhuo M. Neuronal and microglial mechanisms for neuropathic pain in the spinal dorsal horn and anterior cingulate cortex // J. Neurochem. 2017 May; 141(4): Р. 486-498. doi: 10.1111/jnc.14001. 
10. Carvajal F.J., Mattison H.A., Cerpa W. Role of NMDA Receptor-Mediated Glutamatergic Signaling in Chronic and Acute Neuropathologies // Neural Plasticity. 2016; 2016: 2701526. doi: 10.1155/2016/2701526.
11. Zamponi G.W. Targeting voltage-gated calcium channels in neurological and psychiatric diseases // Nat. Rev. Drug. Discov. 2016; 15: Р. 19-34. doi: 10.1038/nrd.2015.5.
12. Huang C.W., Huang C.C., Wu S.N. The opening effect of pregabalin on ATP-sensitive potassium channels in differentiated hippocampal neuron-derived H19-7 cells // Epilepsia. 2006; 47: Р. 720-726. 
13. Verma V., Singh N., Singh Jaggi A. Pregabalin in Neuropathic Pain: Evidences and Possible Mechanisms // Current Neuropharmacology. 2014; 12(1): Р. 44-56. doi: 10.2174/1570159X1201140117162802.
14. Manjushree N., Chakraborty A., Shashidhar K., Narayanaswamy S. A review of the drug pregabalin // Int. J. Basic Clin. Pharmacol. 2015; V. 4, № 4: P. 601-605. doi: 10.18203/2319-2003.ijbcp20150359.
15. Sills G.J. The mechanisms of action of gabapentin and pregabalin // Curr. Opin. Pharmacol. 2006 Feb; 6(1): Р. 108-113.
16. Kremer M., Yalcin I., Nexon L. et al. The antiallodynic action of pregabalin in neuropathic pain is independent from the opioid system // Mol. Pain. — 2016 Mar 29; 12; pii: 1744806916633477. doi: 10.1177/1744806916633477.
17. Kremer M., Salvat E., Muller A., Yalcin I., Barrot M. Antidepressants and gabapentinoids in neuropathic pain: Mechanistic insight // Neuroscience. 2016 Dec 3; 338: P. 183-206.doi: 10.1016/j.neuroscience.2016.06.057. 
18. Tedeschi A., Dupraz S., Laskowski C.J. et al. The calcium channel subunit alpha2delta2 suppresses axon regeneration in the adult CNS // Neuron. 2016; 92: Р. 419-434. doi: http: //dx.doi.org/10.1016/j.neuron.2016.09.026.
19. Daneshdoust D., Khalili-Fomeshi M., Ghasemi-Kasman M. et al. Pregabalin Enhances Myelin Repair and Attenuates Glial Activation in Lysolecithin-Induced Demyelination Model of Rat Optic Chiasm // Neuroscience, 344, Р. 148-156. 2017 Jan 01. 
20. Silva G.A., Pradella F., Moraes A., Farias A., dos Santos L.M., de Oliveira A.L. Impact of pregabalin treatment on synaptic plasticity and glial reactivity during the course of experimental autoimmune encephalomyelitis // Brain Behav. 2014; 4(6); Р. 925-35. doi: 10.1002/brb3.276. 
21. Aşcı S., Demirci S., Aşcı H., Doğuç D.K., Onaran İ. Neuroprotective Effects of Pregabalin on Cerebral Ischemia and Reperfusion // Balkan Medical Journal. 2016; 33(2); Р. 221-227. doi: 10.5152/balkanmedj.2015.15742.
22. Moulin D.E., Clark A.J., Gilron I. et al. Canadian Pain Society. Pharmacological management of chronic neuropathic pain — consensus statement and guidelines from the Canadian Pain Society // Pain. Res. Manag. 2007; Vol. 12(1): P. 13-21.
23. Deng Y., Luo L., Hu Y., Fang K., Liu J. Clinical practice guidelines for the management of neuropathic pain: a systematic review // BMC Anesthesiology. 2015; 16: 12. doi: 10.1186/s12871-015-0150-5. 
24. Attal N., Cruccu G., Baron R. et al. EFNS guidelines on the pharmacological treatment of neuropathic pain: 2010 revision // Eur. J. of Neurology. 2010; Vol. 17: P. 1113-1123.
25. Kim J.S. Pharmacological management of central post-stroke pain: a practical guide // CNS Drugs. 2014 Sep; 28(9): Р. 787-797. doi: 10.1007/s40263-014-0194-y.
26. WATAG Advisory Note: Neuropathic Pain Guidelines 2017 http: //www.watag.org.au/watag/docs/Advisor_Note_Neuropathic_Pain_Guidelines.pdf
27. Bockbrader H.N., Wesche D., Miller R. et al. A comparison of the pharmacokinetics and pharmacodynamics of pregabalin and gabapentin // Clin. Pharmacokinet. 2010 Oct; 49(10): Р. 661-669. doi: 10.2165/11536200-000000000-00000.
28. https: //medi.ru/instrukciya/gabapentin_7119
29. Blondell R.D., Azadfard M., Wisniewski A.M. Pharmacologic therapy for acute pain // Am. Fam. Physician. 2013 Jun 1; 87(11): Р. 766-772.
30. Gray P. Pregabalin in the management of central neuropathic pain // Expert Opin. Pharmacother. 2007; 8(17): Р. 3035-3041.
31. Wiffen P.J., Derry S., Moore R.A., Aldington D. et al. Antiepileptic drugs for neuropathic pain and fibromyalgia — an overview of Cochrane reviews // Cochrane Database Syst. Rev. 2013 Nov 11; (11): CD010567. doi: 10.1002/14651858.CD010567.pub2.
32. Finnerup N.B., Attal N., Haroutounian S. et al. Pharmacotherapy for neuropathic pain in adults: systematic review, meta-analysis and updated NeuPSIG recommendations. The Lancet Neurology. 2015; 14(2): Р. 162-173. doi: 10.1016/S1474-4422(14)70251-0.
33. Finnerup N.B., Jensen T.S. Clinical use of pregabalin in the management of central neuropathic pain // Neuropsychiatric Disease and Treatment 2007: 3(6); Р. 885-891.
34. Kramer J.L., Minhas N.K., Jutzeler C.R. et al. Neuropathic pain following traumatic spinal cord injury: Models, measurement, and mechanisms // Journal of Neuroscience Research. 2017; V. 95, Iss. 6: Р. 1295-1306. 
35. Cragg J.J., Haefeli J., Jutzeler C.R., Röhrich F. et al. Effects of Pain and Pain Management on Motor Recovery of Spinal Cord-Injured Patients: A Longitudinal Study // Neurorehabil Neural Repair. 2016 Sep; 30(8): Р. 753-761. doi: 10.1177/1545968315624777. 
36. Siddall P.J., Cousins M.J., Otte A. et al Pregabalin in central neuropathic pain associated with spinal cord injury: a placebo-controlled trial // Neurology. 2006; 67: Р. 1792-1800.
37. Sadosky A., Parsons B., Emir B., Nieshoff E.C. Pain relief and functional improvement in patients with neuropathic pain associated with spinal cord injury: an exploratory analysis of pregabalin clinical trials // J. Pain Res. 2016 Jun 15; 9: Р. 405-416. doi: 10.2147/JPR.S97770. eCollection 2016.
38. Schug S.A., Parsons B., Almas M., Whalen E. Effect of Concomitant Pain Medications on Response to Pregabalin in Patients with Postherpetic Neuralgia or Spinal Cord Injury-Related Neuropathic Pain // Pain Physician. 2017 Jan-Feb; 20(1): E53-E63.
39. Klit H., Finnerup N.B., Jensen T.S. et al. Central post-stroke pain: clinical characteristics, pathophysiology, and management // The Lancet Neurology. 2009; 8 (9): Р. 857-868. doi: 10.1016/S1474-4422(09)70176-0.
40. Vranken J.H., Dijkgraaf M.G., Kruis M.R. et al. Pregabalin in patients with central neuropathic pain: a randomized, double-blind, placebo-controlled trial of a flexible-dose regimen // Pain. 2008 May; 136(1-2): Р. 150-157; doi: 10.1016/j.pain.2007.06.033.
41. Kim J.S., Bashford G., Murphy T.K. et al. Safety and efficacy of pregabalin in patients with central post-stroke pain // Pain. 2011 May; 152(5); Р. 1018-1023. doi: 10.1016/j.pain.2010.12.023. 
42. Pöllmann W., Feneberg W. Current management of pain associated with multiple sclerosis // CNS Drugs. 2008; 22(4): Р. 291-324. 
43. Solaro C., Boehmker M., Tanganelli P. Pregabalin for trea–ting paroxysmal painful symptoms in multiple sclerosis: a pilot study // J. Neurol. 2009 Oct; 25 6(10): Р. 1773-1774. doi: 10.1007/s00415-009-5203-6. 
44. Snedecor S.J., Sudharshan L., Cappelleri J.C., Sadosky A., Desai P., Jalundhwala Y., Botteman M. Systematic review and meta-analysis of pharmacological therapies for pain associated with postherpetic neuralgia and less common neuropathic conditions // Int. J. Clin. Pract. 2014 Jul; 68(7): Р. 900-918. doi: 10.1111/ijcp.12411.
45. Ukai K., Fujishiro H., Ozaki N. Effectiveness of low-dose pregabalin in three patients with Lewy body disease and central neuropathic pain // Psychogeriatrics. 2017 Mar; 17(2): Р. 115-119. doi: 10.1111/psyg.12192. 
46. Onouchi K., Koga H., Yokoyama K., Yoshiyama T. An open-label, long-term study examining the safety and tolerability of pregabalin in Japanese patients with central neuropathic pain // J. Pain Res. 2014 Jul 28; 7: Р. 439-447. doi: 10.2147/JPR.S63028. 
47. Ogawa S., Arakawa A., Hayakawa K., Yoshiyama T. Pregabalin for Neuropathic Pain: Why Benefits Could Be Expected for Multiple Pain Conditions // Clin. Drug Investig. 2016 Nov; 36(11): Р. 877-888.

Similar articles

The Use of Pregabalin for the Treatment of Peripheral and Central Neuropathic Pain in Adults (Scientific Review)
Authors: Marusychenko V.V., Yevtushenko I.A. - Institute of Urgent and Reconstructive Surgery named after V.K. Husak, Kyiv, Ukraine
International neurological journal 2 (80) 2016
Date: 2016.06.08
Categories: Neurology
Sections: Specialist manual
Pathogenesis and the modern comprehensive approach to the treatment of pain syndromes in neurology
Authors: Слободин Т.Н., Маслова И.Г.
Национальная медицинская академия последипломного образования им. П.Л. Шупика, г. Киев, Украина
Медсанчасть завода «Мотор Сич», г. Запорожье, Украина

International neurological journal №6 (100), 2018
Date: 2018.11.22
Categories: Neurology
Sections: Specialist manual

Back to issue