Інформація призначена тільки для фахівців сфери охорони здоров'я, осіб,
які мають вищу або середню спеціальну медичну освіту.


Підтвердіть, що Ви є фахівцем у сфері охорони здоров'я.

"Child`s Health" 5 (56) 2014

Back to issue

Клинический случай синдрома Хейнера

Authors: Клименко В.А., Ащеулов А.М. - Харьковский национальный медицинский университет; Синдеева Н.Т. - КУЗ «ОДКБ № 1», г. Харьков

Categories: Pediatrics/Neonatology

Sections: Specialist manual

print version


Summary

Представлено клиническое наблюдение ребенка с редкой нозологической формой — синдромом Хейнера. Синдром характеризуется преимущественным поражением легких, в патогенезе ведущей является гиперчувствительность к белкам коровьего молока.

Наведено клінічне спостереження дитини з рідкісною нозологічною формою — синдромом Хейнера. Синдром характеризується переважним ураженням легень, у патогенезі провідною є гіперчутливість до білків коров’ячого молока.

The article presents a clinical observation of the child with a rare nosological entity — Heiner syndrome. Syndrome is characterized by a primary lesion of the lungs, in the pathogenesis the leading factor is hypersensitivity to cow’s milk proteins.


Keywords

дети, белок коровьего молока, синдром Хейнера.

діти, білок коров’ячого молока, синдром Хейнера.

children, cow’s milk protein, Heiner syndrome.

Статья опубликована на с. 130-133

 

Редкие болезни редки до тех пор,

пока они нам мало известны.

Г. Фанкони

Синдром Хейнера (хроническое заболевание легких, индуцированное белками коровьего молока) относится к патологии, называемой в педиатрии редкой. В настоящее время насчитывается около 8 тысяч редких болезней. Редкой считается патология, затрагивающая лишь небольшую часть популяции, но не существует единого уровня распространенности, при котором заболевание считают редким. Так, в США «Акт о редких заболеваниях» (Rare Disease Act) от 2002 года определяет редкие болезни как патологию, которой страдает менее 200 000 человек в США, что соответствует частоте 1 : 1500. В Японии редкими считают болезни, встречающиеся в соотношении менее 1 : 2500. В Европе (по материалам European Commission on Public Health) редкими предлагается считать заболевания с распространенностью не более 1 на 2000, а в России — 1 на 10 000 человек.

Редкие болезни всегда представляют проблему для диагностики на первичном этапе оказания медицинской помощи, потому что врачи мало видят подобных больных и информация об этих нозологических формах, как правило, не входит в программу изучения предмета педиатрии.

Синдром Хейнера — заболевание, индуцированное гиперчувствительностью к белкам коровьего молока (БКМ) и характеризующееся преимущественным поражением легких. Впервые синдром был описан американским педиатром Douglas Craig Heiner в 1960 г. Под наблюдением находилось 7 детей в возрасте от 6 недель до 17 месяцев. Все дети вскармливались либо коровьим молоком, либо смесями на его основе [1, 2]. Основными клиническими признаками заболевания были симптомы со стороны респираторной системы, которые начинались в возрасте 1–9 месяцев и включали кашель, шумное свистящее дыхание, одышку, кровохарканье и заложенность носа. У некоторых детей были выявлены рецидивирующий средний отит, рецидивирующая лихорадка, потеря массы тела, рвота, колики, диарея, кровь в стуле. Характерно наличие отягощенной по аллергии наследственности. У всех детей рентгенологически выявлены легочные инфильтраты, характерной особенностью которых явилась быстрая изменчивость теней в отношении локализации, величины и плотности. После прекращения воздействия БКМ клинические проявления исчезали, но в некоторых случаях оставались рентгенологические признаки легочного фиброза [3].

Патогенез синдрома окончательно не установлен. В настоящее время ведущей является гипотеза, согласно которой легкие — шоковый орган, в котором развивается аллергическая реакция III типа. В результате этой реакции образуются преципитирующие антитела IgG к белкам коровьего молока, которые, образуя иммунные комплексы, поражают сосуды, повышают проницаемость капилляров, создавая условия для перехода эритроцитов per diapedesin или разрушения сосудистой стенки с кровоизлияниями. В легких откладывается гемосидерин, происходит утолщение межальвеолярных перегородок с накоплением в них и в альвеолах гемосидерина и сидерофагов, что является причиной фиброзирования и склерозирования легочной ткани [4].

Диагностика заболевания затруднительна ввиду разнообразия клинической картины, отсутствия патогномоничных симптомов и четких параклинических критериев. Часто диагноз выставляется только ретроспективно, в том числе с учетом терапии ex juvantibus.

С 60-х годов прошлого века в мировой литературе описано ограниченное количество случаев синдрома Хейнера, что свидетельствует не только о редкости, но и о малоизученности данной патологии [5].

Приводим собственное наблюдение. В КУЗ ОДКБ № 1 г. Харькова поступил ребенок К. в возрасте 2,5 месяца. Родители предъявляли жалобы на наличие у ребенка кашля, одышки, сыпи на коже, неустойчивого стула (от 3 до 8 раз/сут периодически — диарея), одно-/ двукратной рвоты в течение суток, беспокойного сна, вялости, отказа от еды и плохую прибавку в массе.

Из анамнеза заболевания известно, что вышеперечисленные жалобы появились за 2 недели до поступления в клинику. В возрасте 1,5 месяца ребенок был переведен с грудного вскармливания на кормление разведенным коровьим молоком (1 : 1) в связи с гипогалактией у матери. Лечение дома не получал. Состояние прогрессивно ухудшалось, в связи с чем родители обратились в ОДКБ № 1.

Ребенок от первой беременности. Роды в сроке 36 недель. Масса тела при рождении 2200 г, рост 45 см. Период новорожденности протекал без особенностей. Наследственность по аллергии отягощена по материнской линии: мать в детстве имела проявления атопического дерматита.

На момент поступления состояние ребенка тяжелое за счет интоксикации, метаболических нарушений, неврологических расстройств и дыхательной недостаточности (рис. 1), масса тела ребенка составила 2 200 г (долженствующая масса — 3700 г), длина тела 51 см, окружность головы 35 см, окружность грудной клетки 34 см.

Температура — 36,6 °С. Ребенок в сознании, крик громкий, болезненный, выражен гипертонус сгибателей, движения скованные, периодически запрокидывает голову. Сухожильные рефлексы повышены с двух сторон, горизонтальный нистагм. Менингеальные симптомы отрицательные. Глотательный, сосательный, кашлевой рефлексы сохранены. Кожные покровы бледные, с мраморным рисунком, акроцианозом при беспокойстве. На коже ягодиц, промежности, задней поверхности бедер, голеней кожа ярко гиперемирована, инфильтрирована, с участками мацерации (рис. 1). Выражена пастозность век и голеней. Подкожно-жировая клетчатка отсутствует на туловище и конечностях. Тургор и эластичность кожи резко снижены. Слизистые — бледно-розовые, сухие, с белесоватым творожистым налетом. Периферические лимфатические узлы не пальпируются. Со стороны костной системы — без видимых деформаций. Большой родничок 2,5 × 2,5 см, ниже уровня костей черепа. Выражено тахипноэ (частота дыхания — 46–48 в 1 минуту), одышка смешанного типа, экскурсия грудной клетки симметричная, коробочный перкуторный звук, аускультативно — мелкопузырчатые и крепитирующие хрипы с обеих сторон. Сатурация О2 96–97 % при дыхании атмосферным воздухом. Тоны сердца чистые, ритмичные, 148 уд/мин. Артериальное давление — 93/54 мм рт.ст. Живот мягкий, доступен глубокой пальпации. Печень пальпируется на 2,5–3,0 см ниже края реберной дуги, селезенка не пальпируется.

При лабораторном исследовании в клиническом анализе крови выявлены анемия (эритроциты — 3,6 · 1012/л, Нb — 98 г/л, цветной показатель — 0,83), сдвиг лейкоцитарной формулы влево (лейкоциты — 6,9 · 109/л, палочкоядерные нейтрофилы — 7 %, сегментоядерные — 31 %, эозинофилы — 1 %, лимфоциты — 57 %, моноциты — 4 %, СОЭ — 4 мм/час). В клиническом анализе мочи — мутность, белок — 0,183 г/л, эритроциты неизмененные — до 15–20, лейкоциты — 8–10, цилиндры гиалиновые и зернистые — до 2–3 в поле зрения, эпителий переходной — от 10–15 до 1/2 поля зрения, слизь, ураты. В копрограмме — положительная реакция на скрытую кровь, нейтральный жир, единичные лейкоциты. В биохимическом анализе крови — гипопротеинемия (50 г/л), диспротеинемия (альбумины — 47,2 %, глобулины α1 — 8,3 %, α2 — 11,0 %, β — 9,8 %, γ — 23,7 %, коэффициент А/Г — 0,89), АЛТ — 24,4 Ед/л (норма — до 40. Здесь и в последующих результатах анализов в скобках указаны нормы в тех же единицах измерения, что и показатель больного), АСТ — 29,6 Ед/л (37), α-амилаза — 4,2 мг/сек·л (3,3–8,9), мочевина — 9,2 ммоль/л (2,0–6,0), креатинин — 0,079 мкмоль/л (0,018–0,035), глюкоза — 4,51 ммоль/л (3,33–5,55), рН — 7,29, рСО2 — 36,3 мм рт.ст. Электролиты: Na — 125,3 ммоль/л, K — 2,75 ммоль/л, Ca — 0,94 ммоль/л. В иммунограмме: IgЕ — 92 МЕ/мл (норма — до 15); IgG — 7,99 г/л (норма до 4,30 ± 1,12), IgA — 0,62 г/л (норма — до 0,21 ± 0,13), IgM — 0,78 г/л (норма — до 0,30 ± 0,11), НСТ спонт. — 62 % (9,34 ± 0,40), ИАН — 1,56 ед. (0,130 ± 0,006), РБЛТ сп. — 41 % (10 ± 2), РБТЛ с ФГА — 59 % (45–54), Т-лимфоциты (CD3) — 72 % (58–67), В-лимфоциты (CD22) — 24 % (12–23), Т–лимфоциты (CD4) — 28 % (18–25), НК–клетки (CD16) — 16 (8–17), Т-лимфоциты активные (CD25) — 41 % (32–41).

Антитела IgM и IgG к цитомегаловирусу, герпесу, токсоплазме, краснухе, хламидии trachomatis (методом ИФА) отрицательные. Бакпосев из носа — S.аureus, зева — S.еpidermalis, Str. spp. Бакпосев кала на кишечную группу — отрицательный.

УЗИ: повышена эхогенность головного мозга. Аномальная хорда левого желудочка. Признаки нефропатии.

ЭКГ: синусовая тахикардия (176 уд/мин). Вольтаж достаточный.

На рентгенограмме органов грудной клетки (рис. 2) с двух сторон выявлены неравномерно выраженные участки уплотнения легочной ткани в верхних отделах правого легкого и медиальных отделах левого легкого. На остальном протяжении легочный рисунок усилен. Контуры купола диафрагмы ровные, четкие. Сердце — без особенностей. Кардиоторакальный индекс — 46 %. Рентгенологом диагностирована двусторонняя полисегментарная пневмония, рекомендовано дифференцировать с врожденной патологией бронхолегочной системы.

Рентгенологическая картина была затруднительна для клинической трактовки — тотальность поражения легочной ткани, наличие теней округлой формы, напоминающих кисты, неоднородность инфильтрации с участками просветления и повышенной плотности, что послужило основанием для проведения компьютерной томографии (КТ) органов грудной клетки. При КТ в спиральном режиме, с шагом спирали 3 мм в верхней доле и верхушечном сегменте нижней доли правого легкого определяется участок инфильтрации без четких контуров с видимыми полосками бронхов. В нижней доле и язычковых сегментах левого легкого — плевропульмональные спайки, фиброзные тяжи. Медиастинальные и бронхопульмональные лимфоузлы не увеличены (рис. 3).

Ребенок консультирован врачами-специалистами.

Отоларинголог: на момент осмотра в лор-статусе явления кандидоза ротоглотки и простого ринита. Осложнений со стороны лор-органов не выявлено.

Невролог: синдром тонусных нарушений вследствие гипоксически-ишемического поражения ЦНС.

Фтизиатр: данных в пользу специфического инфекционного процесса нет.

С учетом данных анамнеза (подострое начало заболевания через 2 недели после введения в рацион коровьего молока), наличия постнатальной гипотрофии 3-й степени, полисистемности поражений (респираторная система, кожа, желудочно-кишечный тракт, мочевыделительная система), данных параклинических исследований (анемия, гипопротеинемия, наличие эритроцитов в клиническом анализе мочи, положительная реакция на скрытую кровь в кале, характерные изменения при рентгенографии и компьютерной томографии легких) пациенту поставлен диагноз: синдром Хейнера.

Ребенку была назначена диета с элиминацией БКМ (смесь на основе высокогидролизованного белка) основа терапии синдрома Хейнера. Также пациент получал патогенетическую и симптоматическую терапию (инфузионную терапию глюкозо–солевыми растворами, антибиотики, наружную терапию).

Состояние больного стабилизировалось со 2-х суток пребывания в стационаре: прекратилась рвота, уменьшилась одышка, появился аппетит. Со 2–го дня госпитализации отмечена прибавка в весе. Сыпь на теле исчезла на 7-й день. На рентгенограмме легких, выполненной на 11-й день, отмечена положительная динамика: очагово-инфильтративных изменений не выявлено, оставалось усиление легочного рисунка, больше в верхних отделах правого легкого (рис. 4).

Ребенок выписан из стационара на 28-й день с массой 3550 г (+1350 г). Со стороны дыхательной системы дыхание пуэрильное, проводится во все отделы легких, хрипов нет. Стул до 4 раз в сутки, зеленый, кашицеобразный, периодически — жидкий, что характерно для детей, находящихся на вскармливании смесями с высоким гидролизом белка ввиду отсутствия в них лактозы. Матери даны рекомендации продолжать диету с элиминацией БКМ до годовалого возраста ребенка с последующей коррекцией диеты аллергологом.

Выводы

Описание клинического наблюдения ребенка с синдромом Хейнера будет способствовать повышению уровня знаний о редких клинических формах в педиатрии, что позволит улучшить оказание медицинской помощи этой категории больных.


Bibliography

1. Pulmonary Hemosiderosis. Nelson Textbook of Pediatrics 17th ed. / D.G. Dearborn, R.E. Behrman, R.M. Kliegman, H.B. Jenson. — 2004. — С. 1456–1457.

2. World Allergy Organization Diagnosis and Rationale for Action against Cow’s Milk Allergy / World Allergy Organization // WAO Journal — 2010.

3. Heiner D.C. Chronic respiratory disease associated with multiple circulating precipitins to cow’s milk / D.C. Heiner, J.W. Sears // Am. J. Dis. Child. — 1960. — № 100. — Р. 500–502.

4. Heiner D.C. Pulmonary haemosiderosis. Disorders of the Respiratory Tract in Children / Heiner D.C., Chernick V., Kendig E.L. Jr. — Philadelphia, USA: WB Saunders, 1990. — С. 690.

5. Moissidis I. / Milk–induced pulmonary disease in infants (Heiner syndrome) / I. Moissidis, D. Chaidaroon, P. Vichyanond, S.L. Bahna // Pediatr Allergy Immunol. — 2005. — № 16 (6). — С. 545–552.

Similar articles

Клинический случай синдрома Хейнера
Authors: Клименко В.А., Ащеулов А.М. — Харьковский национальный медицинский университет; Синдеева Н.Т. — КУЗ «ОДКБ № 1», г. Харьков
"Child`s Health" 8 (59) 2014
Date: 2015.03.03
Categories: Pediatrics/Neonatology
Sections: Specialist manual
Харчова алергія на білок коров’ячого молока   у дітей раннього віку з позиції лікаря-педіатра
Authors: Няньковський С.Л.1, Кліменко В.А.2, Івахненко О.С.1, 1 Львівський національний медичний університет ім. Данила Галицького, 2 Харківський національний медичний університет
"Child`s Health" 6 (41) 2012
Date: 2013.02.25
Categories: Pediatrics/Neonatology
Sections: Specialist manual
Результати багатоцентрового проспективного дослідження ефективності амінокислотної суміші у дітей грудного віку з тяжким атопічним дерматитом та алергією до білків коров’ячого молока
Authors: Няньковський С.Л. - Львівський національний медичний університет ім. Данила Галицького; Шадрін О.Г. - ДУ «Інститут педіатрії, акушерства та гінекології АМН України», м. Київ; Клименко В.А. - Харківський національний медичний університет; Добрянський Д.О., Яцула М.С., Івахненко О.С. - Львівський національний медичний університет ім. Данила Галицького; Недельська С.М. - Запорізький державний медичний університет; Кобець Т.В. - Кримський державний медичний університет ім. С.І. Георгієвського, м. Сімферополь; Ащеулов О.М. - Харківський національний медичний університет; Гайдучик Г.А. - ДУ «Інститут педіатрії, акушерства та гінекології АМН України», м. Київ; Пахольчук О.П. - Запорізький державний медичний університет; Гостіщева О.В. - Кримський державний медичний університет ім. С.І. Георгієвського, м. Сімферополь
"Child`s Health" 4 (55) 2014
Date: 2014.08.05
Categories: Pediatrics/Neonatology
Sections: Clinical researches

Back to issue